Онлайн книга Исключительное право Адель Фабер

Усталость от длинного, эмоционально насыщенного дня давала о себе знать. Я переоделась в ночную рубашку, расчесала волосы и, задув свечу, забралась под одеяло. Постель пахла чистотой и какими-то травами, которые Марта, должно быть, положила между простыней и матрасом — возможно, лавандой или мятой. Этот аромат, смешиваясь с запахом дождя, проникающим через неплотно закрытое окно, действовал умиротворяюще.

Под мерный шум дождя я почти мгновенно погрузилась в глубокий сон без сновидений, в котором тело и разум, наконец, могли отдохнуть от всех треволнений последних дней.

Проснулась я от шума где-то внизу. Сначала мне показалось, что это продолжение сна, но звуки повторились: приглушённые голоса, звон упавшего металлического предмета, чей-то вскрик. Я резко села в постели, моментально проснувшись. За окном всё ещё было темно, дождь продолжал монотонно барабанить по крыше и стёклам.

Наспех накинув шаль на плечи, я схватила свечу, зажгла её и поспешила вниз. Звуки доносились из гостиной, где мы оставили раненого.

Распахнув дверь, я увидела необычную сцену: Томас, бледный как полотно, со всклокоченными волосами и диким взглядом, пытался подняться с постели, несмотря на свою рану. Марта, с решительным выражением лица, удерживала его за плечи, пытаясь уложить обратно.

— Господин, вам нельзя вставать! — настойчиво говорила она. — Рана откроется!

— Вы не понимаете, — хрипел Томас, пытаясь освободиться от её хватки. — Мне нужно уйти. Немедленно. Они… они могут прийти сюда.

— Даже если так, — не сдавалась Марта, — вы не дойдёте и до ворот в вашем состоянии.

— Что происходит? — спросила я, приближаясь к ним. Свеча в моей руке отбрасывала причудливые тени на стены, создавая ощущение нереальности происходящего.

Увидев меня, Томас на мгновение замер, а затем с новой силой попытался подняться:

— Мадам Фабер, прошу вас, я должен уйти. Не могу подвергать вас опасности.

— Какой опасности? — я подошла ближе, внимательно вглядываясь в его лицо.

— Они ищут меня, — выдохнул он, снова пытаясь встать. — И если найдут здесь, я не хочу даже думать, что они могут сделать с вами и вашими людьми.

— Господин Томас, — твёрдо сказала я, — вы не дойдёте никуда в вашем состоянии. У нас нет ни лошадей, ни кареты, чтобы отвезти вас. Если хотите, завтра я отправлю записку вашему доверенному человеку, и он приедет за вами.

— Завтра может быть поздно, — простонал он, но уже без прежней настойчивости.