Онлайн книга Искушение для грешника (СИ)

У меня начинается новый виток рыданий:

— На дядю Геру променял, — завываю я.

Побледневшая бабушка медленно выговаривает:

— Не так я Герочку воспитывала… То-то я все внуков от него не дождусь. Ну, ничего! Я из него дурь-то повыведу. Еще не поздно перевоспитать! Долго ли умеючи!

В этот момент за дверью Скворцовых происходит какое-то шуршание, и мы с ба напряженно смотрим в сторону их квартиры. Впрочем, Лешка не высовывается, и мы дружно переводим дыхание. И только решаем, что пронесло, как из-за двери с плохой звукоизоляцией доносится приглушенное:

— Мам, не! Это не сектанты, это Герман отбил жениха у рыжей!

— Да, когда ж они съедут? — ругается бабушка.

Шмыгая носом вношу рацпредложение:

— По-моему, проще скинуться им на нормальную дверь.

— Проще не лучше, — пошли-ка домой, расскажешь мне, как это у тебя вдруг все так получилось. И у Герочки. Кошмар какой! Мне нужен чай на успокаивающих травах!

Мне в общем-то тоже не помешает бабушкин чай «на травах». И вот вроде дядя Гера — корень моих проблем, но родня же, жалко.

— Ба, ты не так поняла, дядя Гера не того… — начинаю я сквозь икоту.

— Вот и пояснишь заодно, пока я не слегла от твоих новостей, — тянет она меня за куртку. Да я особо и не сопротивляюсь.

Но для начала я закидываю свои сумищи домой к себе, попутно оглядывая с неизбывной тоской коробки и ящике стоящие вдоль всего коридора. Ну, хотя бы на них остались метки с датами доставки. И быстренько захлопывая дверь, иду к бабушке.

Бабушка же уже облачилась в домашний наряд и шуршит по кухне.

— А тебе «травы» вообще можно после инъекций? Не разнесет? — интересуюсь я.

Ба отвечает мне демонстративным оглядываем мужской футболки на мне:

— А тебе чужие майки можно после помолвки? Не разнесет? — подкалывает она.

Уела.

— Помолвка так и не случилась, ты же помнишь. По крайней мере, та, которая с кольцом, — вяло защищаюсь я, подставляя чашку.

Роза Моисеевна окидывает меня опытным взглядом и отставляет заварочник.

— Пей давай, — командует она, наводя себе свой обычный чай.

Зажмурившись, заливаю в себя жижу и передергиваюсь. Вот, вроде и приятное послевкусие есть, но все равно — гадость!

— Рассказывай! — поступает новый приказ.

И я как на духу, исключив особенно яркие детали моего общения с Раевским, исповедуюсь ба.