Онлайн книга На воле

Он любил играть по-крупному и очень редко разменивался пешками. Интересная складывалась ситуация – на шахматной доске два короля, а короли, как известно, в шахматах никогда не встречаются. Иное дело жизнь – сидят на узенькой лавочке главные фигуры и неторопливо беседуют.

– Хорошо. Я согласен.

Где-то поблизости должен быть Угрюмый. Наверняка он наблюдает за их милой беседой через мощнейшую оптику. Колян на мгновение осознал себя всемогущим. Такое же чувство испытывает энтомолог, когда усыпляет насекомое эфиром.

– Да, кстати, хочу тебя спросить: это не твой парень с биноклем в руках спрятался во-он в том доме? – показал Герасим Савельевич на торчащую высотку.

Колян попытался изобразить невозмутимость:

– Нет.

Очевидно, в его глазах промелькнула растерянность. Герасим Савельевич снисходительно улыбнулся:

– Ты не переживай, с ним будет все в порядке. Мои люди решили его не убивать. Парень он боевой и наверняка пригодится тебе в Москве. Со сборами затягивать не стоит, буду ждать тебя в Москве на следующей неделе.

Новый знакомый поднялся, и Колян, понимая, что разговор завершен, тоже встал со скамейки.

Случайность это была или нет, но следом за ними поднялась и старушенция и неторопливо, что-то мурлыча себе под нос, пошла прочь, катя впереди себя коляску.

Глава 42

– Ты думаешь, если он узнает о нас, то непременно убьет? – посмотрела на Федора Надежда.

– Я не думаю, я знаю это совершенно точно. Й при этом он не будет ощущать никаких угрызений совести. Наступит на одну ногу, а за другую дернет. Ты плохо знаешь своего уникального муженька. Так что мы с тобой ходим по самому краю пропасти.

Угрюмый обнял Надежду, вдохнув сладковато-пряный запах ее волос, и поцеловал в макушку. Миновал месяц с того дня, как они преступили грань дозволенного, и теперь созерцать друг друга в обнаженном виде для них было так же естественно, как дышать.

Трудно было понять, почему ее выбор остановился именно на нем. Скорее всего интим произошел потому, что в последнее время Федор находился рядом с Надеждой гораздо чаще, чем ее собственный муж, исправно выполняя при ней обязанности не то сторожа, не то телохранителя.