Онлайн книга Развод. Игра на выживание (СИ)

– У тебя подгорает? – спрашивает Богдан с лёгкой полуулыбкой, расстёгивает пуговицу на чёрном деловом плаще и наконец-то забирает из моих рук годовалую дочь.

– Па-а, – с улыбкой выдыхает наша девочка и моё сердечко, несмотря на то что я заведена до предела, рассыпается словно большой слипшийся кусок сахара."

"«Па-а» заботливо поправляет белый помпон на шапке Софийки и целует пухлую, покрасневшую щёчку. Зависаю не в силах оторвать взгляда от них…

Дочка хохочет от соприкосновения с колючей щетиной отца, но всё равно от него не отлипает.

– Ну, что малышка? Пойдём, – вздыхает тяжело Богдан и озирается. – Установим в кабинете манеж и надерём задницу отделу продаж по супер–зуму?

Усмехаюсь и стираю еле заметные пылинки с плеча Богдана.

Всё-таки родительство после тридцати – совсем другое дело. Особенно отцовство! С помощью него я полюбила собственного мужа ещё сильнее, поняла его ещё больше. Я им восхищаюсь и горжусь.

Разве может быть иначе?!

Но…

Он обещал приехать в двенадцать!

На часах начало второго, и я дико опаздываю…

– Я просила тебя пораньше.

Иду к своей машине и закидываю сумочку с документами на заднее сидение.

– Я собеседовал нового дивизионального директора, – говорит с недавних пор собственник федеральной сети автозаправочных станций. – Было бы глупо заявить, что моя годовалая дочь не сидит ни с кем, кроме собственных родителей, а моя супруга при этом умудрилась устроиться в администрацию города на одну тысячную ставки.

Посмеиваюсь в высокий воротник пальто.

– У меня четверть ставки младшего специалиста отдела социальной политики, – выговариваю гордо. – И двухчасовой плавающий график.

Соболев скептически морщится. Ёрничает. Я ведь знаю, как гордится мной. И друзьям, и маме рассказывает.

– Напомни, сколько составляет месячная ставка у специалиста такого космического уровня?

– Двадцать пять тысяч общими начислениями, – проговариваю с достоинством, усаживаясь на водительское кресло и вставляя ключ в замок зажигания.

Поправляю волосы, поглядывая, как дочь дует губы.

Год назад он всё-таки бросил курить. Вместо этого занялся спортом, и теперь ещё рельефнее и ещё привлекательнее.

А моё «лактационное» либидо не железное!

– Двадцать пять тысяч. Замечательно, – цедит Соболев. – Просто прекрасно, дорогая. Шесть тысяч двести пятьдесят рублей, – молниеносно считает мою заработную плату.

– Не совсем так, – серьёзно отвечаю, еле сдерживая смех.