Онлайн книга Наша навсегда

Тут эффект неожиданности, мать его. Эта девочка всегда умела мозги отрубать. Напрочь.

Но потом, когда остыл и чуть пришел в себя…

Стало очевидно, что тогда, пять лет назад, нас с Лисенком поимели. Причем, в особо извращенной форме.

А я, как бы, традиционной ориентации! И не люблю, когда меня пытаются поиметь!

Донес мысль о подставе до Лиса, он впечатлился.

И мы договорились порыть каждый в своей области.

И потом сопоставить факты.

И я даже начал рыть, но дела, мать их! Никуда они не деваются, не дают жить нормально!"

"Как с самого утра, когда выполз от Лисяры с гудящей башкой (вот тебе и конина восемнадцатилетней выдержки, говно обычное), запряг в оглобли, так и пру, не сворачивая.

Потому что вопросы серьезные, Тигран через свою диаспору хочет пробить нам легал. Если получится, то мы будем в шоколаде, а про не особо законные пути вообще забудем. Будем белые и пушистые до усрачки.

Ради этого надо постараться. Вот только Мазур не вовремя приперся в город… И как его обойти? И, может, Лисенок в тему будет?

Но, самое главное, Вася.

Она в городе.

И мы с Лисом договорились пока ее не тревожить. Приглядывать, но не лезть. Пока не выясним все полностью, кто, когда и по какой причине сотворил с нами это все. Ну, а потом, когда выясним и накажем тварь, уже можно будет и с Васей решать вопрос.

Потому что в этот раз я не соглашусь на дележку.

Лис, конечно, в себе уверен, но это он зря.

Мы уже не дети, и эксперименты — это круто.

Но в щенячьем возрасте.

А мы — уже не щенки, а волки.

А волки не делят добычу.

Пока я размышляю на эту тему, отвлекаясь от работы, Тигр принимает звонок:

— Да, Мара, — слушает ее, брови чуть взлетают вверх, а взгляд тормозит на мне с совершенно нечитаемым выражением, — я понял. Да, конечно, посидите, почему бы и нет? Нет. Нет. Хорошо. Я тоже.

Он отключается и щурится на меня:

— Ты прикинь, кто у меня дома сейчас?

26

— Что они хотели сделать? — Марина, как раз в этот момент отвернувшаяся, чтоб достать с верхней полки бутылку вина, разворачивается ко мне, прижимает эту бутылку к груди, смотрит недоверчиво, — замуж выдать? Насильно?

— Ну да, — пожимаю я плечами, а затем, не удержавшись, тяну с большого, изящно и нарядно расписанного блюда очередной вкуснейший кусок пирога, круглого, как солнце.