Онлайн книга В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Невилл пожал Уизли руку, а Гермиона впервые за вечер улыбнулась:

– А где работает твоя мама?

– Нигде. Нас же семеро в семье, ещё и на службу ей не поспеть. А твоя мать целитель, верно?

– Да. И папа тоже, они вместе открыли свою клинику. А я хотела стать юристом. Раньше, до Хогвартса.

– Ну так станешь, – успокоил её Уизли. – Крючкотворы и здесь не голодают. Теперь насчёт Поттера. Я…

– Погоди, – Невилл вскинул было руку, но внезапно оробел и, замявшись, продолжил потише: – Пойдёмте куда-нибудь из гостиной, лишние уши нам не нужны.

– Точно! И вообще, надо сделать комнату для тайных собраний! Класс какой-нибудь заброшенный найдём, – рыжий даже подпрыгнул на месте от возбуждения. – Айда! Только чур больше никому!

– А нам и некому, – тихо вздохнул Невилл. – Ты сам своим братцам не проболтайся!

– Могила! – Рон стукнул себя кулаком в грудь, и Невилл невольно улыбнулся. Такой Рональд, живой и весёлый, нравился ему гораздо больше, чем вечно чем-то недовольный брюзга.

Безобразная сцена в Больничном крыле потрясла Невилла. Нет, Гермиона действительно позволила себе лишнее, и дракклов Ургхарт был в своём праве, снимая баллы.

Но Гарри! Он сидел на коленях у потомка темнейшего в Британии рода, а Пьюси, проклятый мозголом, обнимал его и что-то шептал на ухо. Причём Невилл даже самому себе не мог объяснить, что взбесило его больше – довольный вид Поттера или внезапная вменяемость Пьюси.

Пьюси были самыми ярыми и преданными сторонниками Того, Кого Нельзя Называть, и потому в сумасшествии их единственного потомка Невилл всегда видел некую высшую справедливость.

От злости мутилось в глазах, но Невилл собрал остатки самообладания и попытался успокоиться. «Гарри просто ничего не знает, – твердил про себя Лонгботтом. – Он воспитывался у маглов, и он об этом сотню раз тебе говорил.

Невилл готов был биться головой об стену. Права бабушка, он никчемный рохля, только и способный на уход за грядками, а не сын и внук сильных боевых магов.

Как он не догадался, что та самая беседа с Дамблдором была вовсе не желанием добродушного старика подружить детей своих верных сторонников, а заданием.