Онлайн книга Девочка-яд

Скорее всего, Светлана как-то намекнула ей, что я опять приеду к ней – и вот итог."

"В понедельник приходил в общежитие три раза, чем, как мне показалось, вывел женщину-охранника из себя. Утром не успел, Яся уже ушла на занятия, в обед получил точно такой же ответ, а вечером она попросту отказалась выходить ко мне. Передал цветы и вышел из здания. Сел на лавку у общежития и достал телефон. Открыл единственное отправленное ей на китайский номер сообщение и долго полировал взглядом две зеленые галочки.

Прочитала.

Даже в жопу меня не послала.

Я бы на ее месте послал. И не только в жопу, что уж там.

Просто закинула в «черный список». Снова. А я так хотел ей хоть что-нибудь донести. Не самое важное, это я сказал бы ей при личной встрече, а вот так, между делом, словно нас еще связывает невидимая нить. Конечно, я знал, что это бесполезные вещи, но мне в тот момент это казалось до чертиков необходимым. Ну вот, например:

«Я так скучаю по тебе, Яся».

«У меня ведь даже фотографий с отпуска не осталось.

«Ты, наверное, все удалила. Так бы попросил парочку».

«Я завтра опять приду. Подарок тебе купил на восьмое марта. Делал на заказ. Надеюсь, понравится».

Допустим, я бы мог купить новую сим-карту и наваять ей целую «простыню». Но какой от нее толк? Лишь еще больше разозлю ее, вот и все. Встал на ноги, оглянулся на бесконечные обезличенные окна общежития, а потом уныло пошагал в сторону своего отеля.

На следующий день даже пытаться с ней встретиться не стал – заведомо провальное мероприятие.

И улетел домой, все отчетливее понимая, что я практически проиграл в сухую. Она меня размазала. Да, если верить Евсееву она была в меня влюблена, и я реально причинил ей много боли. Но разве неправильно говорят, что от любви до ненависти всего один шаг?

И я ее подтолкнул в спину, чтобы она его все-таки сделала.

Вернулся в Москву и потянулись бесконечно унылые дни. Больше не хотелось гулять с друзьями, ходить по клубам и улыбаться новому дню. Хотелось сдохнуть. Особенно когда видел в институте, как зажимает свою Малиновскую Громов. Как она млеет в его руках и блаженно жмурится, стоит ему только на секунду прижаться к ней губами. И я так страшно им завидовал, что и не описать. Иногда не выдерживал этой изматывающей агонии и напивался в дугу. Один.