Онлайн книга Двери во Тьме

 – Во вневедомственную превратим. Охраняют объекты – вот пусть и охраняют. А то уже свое следствие вести стали, секреты разводить – на хрен с пляжу. В городе народу хрен да ни хрена, а спецслужб развели… мля, ну совок, одно слово. Делать никто ничего не хочет, а вот ходить, корочки показывать и с этого бабосы стричь – это все впереди, на коне и с шашкой.

– А ты теперь кто?

– Я? – Он даже чуть озадачился. – Я в отставку, так сказать, на днях. Буду здесь дела вести, в Захолмье.

– А Шалва – в Углегорске, – сказал я утвердительно.

– Точно. Он главный, я здесь за правую руку. Ты что решил?

– Я? – поразился я вопросу. – А что-то надо было решать?

– Надо, – кивнул он решительно. – Ты здесь со мной?

– Да я вроде как и так уже с тобой, – засмеялся я. – Ты только вот что скажи: с Милославским что?

– Укоротим его немного… – Тенго развел ладони совсем нешироко. – Если ученый, то ученством своим и занимайся – не надо в городе еще и политикой вертеть. Ферма за ним, но часть «упродов» оттуда на хрен, а то прямо базу там завели, личное войско профессора, дармоеды.

– У него экспедиции бывают, иногда надо что-то охранять. Четыре человека на точке одной дежурят, например.

– Это которых возите?

– Ну да.

– Эти пусть остаются. Сколько-то останется.

Тут Тенго прав – я уже сам не раз удивлялся, что там на Ферме за войско. Охрана охраной, но какая-то мера нужна. И опять же откуда деньги на это все?

Настя принесла всем чай, расставила чашки по столу, выставила корзинку печенья.

– Давай, узурпатор, грейся, – сказала она гостю.

– Что сразу узурпатор? Я в этих делах не главный, так что мое дело телячье, – запротестовал Тенго. – Леонов, кстати, тоже несильно пострадал, что бы тут ни говорили.

– А куда его?

– В ссылку, – усмехнулся он. – Сюда, в Захолмье. Домик ему – и ежедневно отмечаться в комендатуре.

– В какой? – не понял я.

– Своя будет, рядом с базой. Вроде как статус городка повысили.

– Ну ты скажи, не ожидал, – честно сказал я.

– Нормально все. У Горбанка новый начальник – уже готовит программу кредитования. И программу расселения начали сочинять. Мир дворцам, хижины на хрен, – завершил он краткую речь модернизированным лозунгом.

– А кто банкир?

– Из Сальцева, бывший наш, работал в финуправлении.

– Могилевич, что ли? – догадался я.

– Знаешь его? – Тенго удивился.