Онлайн книга Двойник короля 13

Я думал, что вырублюсь прямо там, в ванне, но меня поддерживали четыре нежные, сильные руки.

Помыли, вытерли насухо пушистыми полотенцами. Сёстры работали молча, словно понимая, что сейчас я не готов к разговорам. А на кровати они сделали массаж тела — размяли каждую мышцу, разогнали кровь, сняли напряжение, скопившееся в спине и плечах. Елена массировала спину. Вероника занималась ногами, разминая икры и ступни. Двойное удовольствие, усиленное их звериной чуткостью, — они чувствовали каждый зажим, каждый узел в мышцах.

Через новое зрение я видел, как энергия начала циркулировать по каналам быстрее, словно подстёгиваемая их прикосновениями. Источник медленно наполнялся, возвращаясь к жизни.

Лучшее завершение дня.

* * *Просыпаться не хотелось. Тепло, хорошо, спокойно. Тело всё расслаблено, и кажется, что никаких проблем не существует. Но эта идиллия продлилась ровно несколько секунд. Мозг вырвался из дрёмы и заработал, как мотор. Планы, действия — всё тут же снова закрутилось.

Посмотрел на пол и застыл в удивлении.

— А что тут за лежбище? — спросил сам себя.

Изольда притащила матрас и разложилась рядом с кроватью. Мать перевёртышей спала, вытянувшись во весь рост. Даже во сне её лицо сохраняло настороженность, а рука лежала так, словно в ней был зажат нож.

Плевать! Семейные разборки перевёртышей меня сейчас волнуют меньше всего. Как раз момент подходящий для того, что я задумал.

— Подъём! — гаркнул, и мой голос эхом разнёсся по комнате.

Близнецы тут же вскочили, как по команде. Их движения были слаженными, синхронными, словно они делили одно сознание на двоих. Елена и Вероника уставились на меня сонными глазами, моргая, как совята, пытающиеся привыкнуть к свету.

Потом их взгляды упали на Изольду. Та тоже проснулась и теперь сидела на своём матрасе, прикрывшись тонким одеялом. Мать перевёртышей смотрела на дочерей с тревогой, ожидая атаки.

Решил разрядить обстановку:"

"— Я обещал ещё подарки из своего путешествия? — спросил у дам. — Вот.

Из пространственного кольца появились лучшие турецкие ткани, занявшие почти половину моей комнаты. Шёлк, парча, атлас — материалы, о которых в этой глуши могли только мечтать.