Онлайн книга Эпоха мёртвых. Прорыв

Однако за последнее время Пилецкий привык ко всему, поэтому его желудок, несмотря на похмелье, отреагировал вяло. Пару раз судорожно сглотнул слюну и не сблевал. Сблевал лишь малолетка, спустившийся вниз вместе с ними. Откуда он вообще взялся, кстати? Зон для несовершеннолетних в окрестностях не было, но пацан был – шпана шпаной. Таких большие ребята любили подсылать, чтобы стрельнуть закурить у прохожих.

Спустились они сразу в большую трубу, по щиколотки залитую жидкой грязью. И первое, что услышали, – звуки стрельбы, доносящейся откуда-то из глубины тоннелей.

Темнота пугала. Приборы ночного видения были только у «спецов», остальные пользовались фонариками, которых и без того было немного, один на троих примерно.

– Слышь, «уроды»! – послышался все тот же хриплый бас, который до этого строил их колонну. – Значит, делитесь пополам, чтобы в каждой группе фонарики были. Пятеро сидят здесь, никуда не ходят.

В темноте трижды мигнул красный фонарь.

– Все поняли? Все?

«Уроды» пробормотали что-то нечленораздельное, но согласное.

– Пароль – «Каска», отзыв – «Штык». Усвоили? Еще пятеро пойдут с нами, мы их посадим на другую позицию. Задача такая же – никого мимо себя не пропустить."

"– А блатари? – спросил кто-то из темноты.

– Блатарей предупредили. Если они не запомнили, то это их проблемы. И смотрите, чтобы мертвяки вас тут не пожрали. Не жалко, но тогда от вас вообще никакой пользы, понятно?

Пилецкий с тоской посмотрел на люк, из которого они спустились в трубу.

– Чего раззявился? – спросил еще один «спец», который спустился в трубу последним. – Только попробуй свалить, словишь пулю прямо на выходе – там еще двое наших в машине.

У Виталия сердце оборвалось. Точно, как он не сообразил, что в пятнистой бэпээмке должны остаться люди. Тем более что сверху уже несколько раз трескали автоматные выстрелы – мертвяки понемногу подтягивались к появившимся на улицам людям.

Пилецкий с Бегемотом угодили во вторую группу, которую четверо «спецов» потащили за собой по тоннелю.

Сергей Крамцов

27 мая, пятница, ночь

– Ну давай, сволочь, не тяни, топай сюда, – снова прошептал я, нервно перебирая пальцами по цевью автомата. Не годится. Замереть надо, даже не дышать… Вон какие уши у этого морфа…

И опять шаги стихли, но потом снова начали приближаться.