Онлайн книга Фавориты Фортуны

Если все обернется против него, его могут выслать, а имущество конфисковать. Заранее зная о своей уязвимости и о возможности подобных обвинений, ни один человек не посмеет проявить всю силу и решимость, в которых Рим нуждается в данный момент. Но диктатор не страшится никакого собрания. Суть его должности гарантирует диктатору защиту от любых грядущих репрессий. Действия диктатора санкционированы на все время. Его нельзя судить ни по какому обвинению. Зная, что обладает неприкосновенностью, что на его решения не распространяется вето плебейских трибунов, что он не может быть осужден ни одним собранием, диктатор в состоянии использовать всю свою силу и решимость, чтобы навести порядок.

– Звучит замечательно, принцепс сената! – громко выкрикнул Гортензий. – Но сто двадцать лет, которые минули со времен последнего диктатора, несколько ухудшили твою память. Диктатора выдвигает сенат, но назначают его консулы. У нас же консулов сейчас нет.

Флакк вздохнул:

– Ты, наверное, невнимательно меня слушал, Квинт Гортензий. Я сказал вам, как это можно сделать. С помощью lex rogata, принятого центуриями. Когда нет консулов, которые действуют как исполнительная власть, народ в своих центуриях является исполнительной властью. Интеррекс должен обратиться к ним с просьбой выполнить свою единственную функцию: организовать и провести курульные выборы. Трибы – не административный орган.

– Хорошо, очко в твою пользу, – дерзко ответил Гортензий. – Продолжай, принцепс сената.

– Я намерен созвать центуриатные комиции завтра на рассвете. Я попрошу собрание сформулировать закон, согласно которому Луций Корнелий Сулла будет назначен диктатором. Закон не должен быть очень сложным – напротив, чем проще, тем лучше. Как только диктатор будет на законном основании назначен центуриями, все другие законы сможет издавать он. Пусть центурии официально назначат Луция Корнелия Суллу диктатором на такой срок, какой ему понадобится, чтобы осуществить все его планы; чтобы они одобрили все его предыдущие действия; чтобы они отменили приговор к ссылке и официальное объявление вне закона; чтобы они гарантировали ему освобождение от наказания за любые его действия в должности диктатора; чтобы трибуны не могли наложить вето на его решения, а народное собрание – препятствовать его деятельности.