Онлайн книга История (не)любви

Когда он касался меня так нежно, так бережно, я теряла контроль.

Вскоре я достигла пика, задыхаясь и цепляясь за плечи мужчины. Он подхватил меня за талию, не дав упасть, и прижал к себе. Мне понадобилось время, чтобы вернуться в реальность. Он не торопил, хотя я ощущала его возбуждение и дивилась выдержке мужчины.

Чуть отдалившись, я провела руками по его груди и животу вплоть до полоски волос, идущей от пупка вниз, по ней я добралась до ремня. Мужчина задышал чаще. Поддерживая меня за бедра, он не торопился мне помогать, позволяя мне справиться с ремнем самостоятельно.

Я сражалась с ним не меньше, чем с поясом своего халата. Когда с ремнем было покончено, муж подтянул меня к себе. Дальше он действовал сам, и вскоре мои бедра ритмично двигались в ответ на его движения. Поцелуи стали глубже, дольше.

— Чего ты хочешь? — спрашивал он. — Скажи.

Мне показалось: он говорит не о близости, а о чем-то большем, о чем-то за пределами спальни, за пределами физических тел.

— Всего, — простонала я, сама не до конца понимая, что имею в виду.

— Я твой, — пробормотал в ответ мужчина в мои приоткрытые губы, — бери всё.

Наши тела идеально подходили друг другу, словно мы слеплены из одного куска глины, который просто кто-то разделил надвое.

В какой-то момент лэрд встал, удерживая меня на весу. Он перенес меня на кровать и, раздевшись, лег рядом. Ласки и поцелуи возобновились. И так ночь напролет.

Когда очередной раунд был закончен, я поняла, что больше не выдержу. Все, чего хотела – спать. По привычке я собиралась уйти к себе, но лэрд меня удержал.

— Сегодня и впредь ты спишь со мной, — заявил он.

— Но как же…, — я растерялась.

— Теперь ты моя жена. Соответствуй, — произнес он, а потом, смягчившись, добавил: — Объявим перемирие. Меньше всего я хочу, выйдя из этой комнаты, потерять то, что мы здесь обрели.

Я сомневалась мгновение, а потом легла обратно в постель, позволив мужу себя обнять. Он прав: пора заканчивать с войной.

Глава 26. Настойка

Утром, когда я проснулась, лэрда не было. Неважно спал он ночью или нет, государственные дела не ждали.