Онлайн книга Камея из Ватикана

– Как?!

Он постоял, потом с размаху сел на козлоногую лавочку, сдернул кепку и крепко утер лицо.

Все молчали.

Он немного посидел, сосредоточенно глядя перед собой, поднялся и ушел в дом.

– И что это значит? – спросила Саша Тонечку.

– Подожди, – сказала та вполголоса. – Дай ему осознать.

Они постояли на помосте, отмахиваясь от невозможных комаров, а потом тоже зашли.

Мужик сидел на кухоньке, вытянув длинные ноги, достававшие почти до двери. Затылком он упирался в стену, глаза закрыты. Кепка лежала у него на колене.

Почувствовав их присутствие, он словно спохватился, открыл глаза и пригласил:

– Заходите.

Они зашли.

– Сделать вам чаю? – спросила сердобольная Тонечка. – Мы тут у вас пили.

– Вы сказали, что вас прислала моя мать, – проговорил мужик. – Она любит такие штуки!.. Прислать кого-нибудь с поручением, – он вдруг злобно улыбнулся, – чтоб мне объяснили, какая она гениальная актриса, и как скверно она живет, и как единственный сын ее не ценит. Вы назвали меня Фабианом! Этот… Фабиан существует только в ее воображении! Вот я и уехал.

– Как вас зовут? – спросила Саша Шумакова.

– В нашем воображении тоже существует Фабиан! – пояснила Тонечка. – Ваша мама сказала, что нарекла вас таким роскошным именем.

– Она и нарекла бы, – сказал мужик мрачно, – если бы не тетя Лида. Тетя Лида вызвалась сама меня зарегистрировать и понесла мои метрики в ЗАГС. Поэтому меня зовут Федор Петрович Батюшков, слава богу.

– Я Антонина Герман, – представилась Тонечка.

– А вы нас заперли! – перебила Саша.

– Да, – согласился Федор Петрович. – Запер.

Они помолчали. Саша стояла у двери, Тонечка возле плиты, мужик по-прежнему сидел, вытянув ноги.

– Вот, – сказал он в конце концов. – Так мы с ней и не повидались. Я вернулся, из-за карантина все работы свернули! Собирался к ней на будущей неделе. Как это она меня… не дождалась? – Лицо у него скривилось.

Тонечка испытывала смешанные чувства – сострадание, жалость и одновременно словно удовлетворение.

Слава богу, нашелся человек, которому смерть старой княгини небезразлична! И теперь есть кому о ней горевать, а это важно.

Так считала Антонина Герман.

– Нам пришлось разыскивать вас, потому что ваша мать, – сказала Саша, – объяснила нам, что не имеет никаких отношений со своими родственниками и не желает их знать.