Онлайн книга Канарейка для ястреба

Моя подруга молча смотрит на меня, услышав высказанное мной откровение, что занозой сидит в душе…

Слова поддержки мне сейчас не нужны. Я все прекрасно понимаю сама. Трудно до конца поверить, но Тайгер Ривз не шутил, приглашая меня.

Это может быть всем, чем угодно, но только не шуткой.

Я действительно иду на ежегодный бал выпускников.

И мне очень интересно, в качестве кого я туда иду и что меня ждет после…

Глава 20

Пальцы порхают по клавиатуре. Я играю, полностью погружаясь в мир джаза и Джорджа Гершвина.

Обожаю творения этого гения, и сейчас мои руки привычно бегут по клавишам, исполняя бессмертный хит «Summertime». Мелодия струится и заплетается в резкий джазовый мотив.

Я чувствую каждую ноту, которую беру, и пою, кружусь в гуще ощущений.

С самого раннего утра я сижу за роялем в музыкальной комнате, снова и снова доводя свое исполнение до совершенства.

Солнце проникает сквозь открытые окна и лучи его падают на мою спину, ласково грея. Запах лета витает в воздухе, и расцветающая буйством красок природа поднимает настроение.

У меня запланированный урок у мистера Уильямса.

Мой строгий учитель, как всегда, вытаскивает из меня всю душу. Но я уже очень давно заразилась его маниакальным стремлением к идеальному пониманию произведений. Подхватила вирус «стремления к недосягаемому совершенству», так сказать."

"Я завершаю свое исполнение, медленно отрывая руки от клавиш, и смотрю на своего учителя, который стоит напротив меня, сложив красивые длинные пальцы под подбородком.

Он молчит, и я знаю, что должна подождать, когда он заговорит первым. Я уже изучила повадки этого мужчины, всецело посвятившего себя творчеству. Он – неординарная личность и, как и любой человек, живущий своим делом, может быть жесток и непреклонен в своей оценке. Бескомпромиссен, но вместе с тем, если такой человек подпустит тебя достаточно близко, ты поймешь всю глубину и масштаб его личности.

Не могу сказать, что за все время практически ежедневных занятий он достаточно приблизил меня к себе, но я хотя бы начала понимать этого странноватого человека. Мой учитель справедливый, вплоть до жестокости в своей честности. Не прощающий ошибок. Требовательный и скупой на похвалу. Но вместе с тем, понимающий и умеющий безмолвно поддержать.