Онлайн книга Малютка

Мой друг пообещал мне — и я ему верю, — что все изменится, он больше никогда не будет содержать животных в таком состоянии.

— Какой приятный у вас друг, он меня умиляет, — съязвил Ордуньо. — А Пинто? Напоминаю вам, что он находится в этой самой больнице. При смерти. И я почти уверен, что причина этого несчастья в том, что он показал нам дорогу к цеху.

— Неправда, мой друг ни при чем. Пинто много пил, видимо, неудачно упал и получил травму. К сожалению, мы уже ничего не можем для него сделать.

На этом для Ордуньо разговор был окончен.

— Передайте своему другу, что к нему придет инспекция. И что он будет арестован по подозрению в убийстве.

Казалось, Викториано искренне возмутило упрямство полицейских.

— Сеньорита, вы кажетесь более здравомыслящей, чем ваш напарник. Почему бы вам не побеседовать с ним и не попробовать его переубедить? Я могу уговорить своего друга увеличить сумму вознаграждения до двадцати пяти тысяч евро. Это ведь так приятно — получить двадцать пять тысяч в обмен на бездействие.

— Мой напарник уже сказал вам, как мы поступим.

— Как это прискорбно! Куда разумнее заработать хорошие деньги, чем получить проблемы.

— Вы нам угрожаете?

— Нет, что вы, я же адвокат, я никогда никому не угрожаю! Если бы вы знали, сколько раз мне приходилось успокаивать своих клиентов. Без адвокатов насилия было бы гораздо больше.

Викториано удалился, довольный собой. Рейес с отвращением смотрела ему вслед.

— Что будем делать?

— Искать Ческу, ради этого мы сюда и приехали, — ответил Ордуньо.

— Ты позволишь им отвертеться?

— Вот найдем Ческу, тогда и заявим на них. Сейчас мы не можем в это лезть; пусть местная полиция поработает. А мы продолжим расспрашивать про этого слабоумного, не верю, что его совсем никто не знает.

Придя на парковку, они обнаружили, что у их «вольво» порезаны все четыре колеса.

"— Только не говори, что это лучше, чем пятнадцать тысяч евро, — рассмеялась Рейес.

— Двадцать пять, последнее предложение было двадцать пять тысяч, не забывай.

Глава 41

Элена остановила машину перед домом Хуаны Ольмо. Первым у двери оказался Сарате. Он нетерпеливо жал на звонок, но никто не открывал. Соседка сообщила им, что в это время Хуана всегда на мессе.

До церкви, одной стороной выходившей на улицу Реаль, от дома Хуаны было метров пятьсот-шестьсот.