Онлайн книга Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Почему он думает, что если я призналась в любви, то буду беспрекословно слушаться?

– Только попробуй, – тихо произношу и сжимаю зубы до треска.

Смотрим друг на друга в упор, пока в стекло с моей стороны не прилетает нервный стук.

– Давай. Я. Всё. Ему. Объясню.

Каждое слово вдалбливает. Ёжусь от начинающейся лихорадки.

– Пока, Мирон, – шепчу, выбираясь на улицу."

"Задыхаюсь от налетевшего порыва ветра.

Лёва осматривает меня с ног до головы и кривит губы. Быстро чмокает в щёку. Проигнорировав Громова, захватывает мою ладонь и ведёт к дому.

Мурашки по телу разлетаются.

Душа обратно рвётся.

Прожигающий взгляд греет спину ровно до того момента, пока я не вздрагиваю от пробуксовки и рёва двигателя.

– Придурок, – цедит Демидов и сжимает мою руку.

– Не говори так, – прошу недовольно. – Мне неприятно.

Он деликатно молчит и придерживает дверь.

Захожу в дом и вдыхаю аромат свежей выпечки. Скидываю обувь и, дотянувшись до крючка, убираю пуховик.

Шапку Громова малодушно прячу в рюкзак.

Озираюсь.

Боже.

– Мия, – восклицает мама приближаясь. – Мы заждались, – мажет тёплым взглядом по лицу Демидова. – Почему так долго?

– Трасса завалена, – вру напропалую. – Долго получилось.

Под внимательным взглядом вспыхиваю.

– Ну, как вы там? Где Мирона потеряла?

– Он уехал, – говорю, пытаясь скрыть свои эмоции по этому поводу.

Уехал.

Надеюсь, не навсегда?.. И не к Ладе?

А если к ней – пусть катится.

Едва начавшаяся лихорадка, заставляет дрожать.

– А где папа?

– Он у Громовых, – мама трудно вздыхает. – А мне не здоровится.

– Что случилось? – взволнованно осматриваю внушительный живот. – Роды? Уже?

– Сплюнь, – смеётся она. – Ещё две недели. Просто давит кругом, нет настроения принимать гостей или самой собираться. Мальчишки убежали Юльку доставать.

Хохочу и вспоминаю о присутствии Льва, устроившегося у лестницы.

– Помнишь, Юльку? – спрашиваю у него успокоившись. – Которая сбила тебя с ног.

– Сбила с ног, – угрюмо передразнивает.

– Юлька у меня такая. Сгруппироваться точно не получится, – с гордостью выговариваю.

Демидов пропускает мимо ушей.

– Ты голодная? – спрашивает мама. – Льва я чаем напоила.

– Нет, – мотаю головой. – Мне что-то не здоровится. Мы наверху будем.

Поднимаюсь по лестнице, чувствуя на пояснице и ягодицах тяжёлый взгляд. Он же не заметит отсутствия трусов под легинсами?

Позорище какое.