Онлайн книга Моя Рогатая Практика

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, резво разворачиваясь к дверям.

Скляночки, пробирочки, реактивчики – я иду к вам!

Глава 5

/Ноксис де Игнис/

Я стремительно миновал довольно длинный потайной коридор и приостановился у выхода, прислушиваясь к голосам снаружи. Вот ведь действительно – не ценишь, пока не потеряешь. Раньше я не осознавал, насколько завишу от собственного нюха. Но после столкновения с Каори я стал словно слепой котенок, и это раздражало.

Не услышав посторонних звуков, я дернул рычаг, и выдвижная панель сдвинулась, открывая проход в личные покои Люциса.

– Люц! – донесся истеричный вопль Леи. – Приди в себя!

Я мгновенно сорвался с места, ориентируясь на крик. Стоило распахнуть дверь спальни, как меня чуть не ударило огненной волной, лишь в последний момент я успел развеять пламя. Я хоть и огненный демон, но даже меня может ранить чужое пламя.

– Очнись! – Лея бросилась на спину разбушевавшегося Люциса.

Он заметался на месте, схватил ее за запястье, намереваясь перебросить через плечо. Красные глаза брата сияли лихорадочным блеском, лицо исказилось гримасой ярости. Я не успел буквально на пару секунд. Люцис сдернул Лею со своей спины, она вскричала, когда удлинившиеся когти вспороли кожу ее запястья. Из ран хлынула кровь. Люцис резко вдохнул воздух носом, почуяв запах крови своей пары, и в глазах его почти мгновенно вернулась осмысленность.

– Лея, – на вдохе вскрикнул он, сразу прижав к себе всхлипывающую девушку. Опустился на колени, продолжая обнимать ее, гладить огненно-красные волосы. – Прости, прости, любимая, прости, – раз за разом повторял он."

"Поняв, что опасность миновала, я вышел из комнаты, решив оставить супругов в столь личный момент. Мне и самому нужно было осмыслить произошедшее. Демон напал на свою истинную пару, я бы ни за что на черном свете не поверил, что это возможно, если бы не увидел собственными глазами.

Пройдя к камину, я присел в кресло, мимоходом взмахнув рукой, чтобы поджечь поленья. Огонь вспыхнул, осветив ярче комнату и обдав лицо теплом. Родная стихия приносила успокоение и поддержку. Пора было перестать тешить себя глупыми надеждами – недуг Люциса прогрессировал. Брат становился опасен для окружающих. Здесь не до управления страной, здесь бы сохранить рассудок.