Онлайн книга Муж на сдачу

На всякий случай, спешно освежались лучшие гостевые покои, на кухне стоял дым коромыслом — повара, поварята, кухонные работники — все сосредоточенно нарезали, жарили, переворачивали и помешивали.

Тем временем, Энгель смог переговорить с графиней, успокоить её, сбивчиво объяснив, зачем здесь император и сильные маги.

— Энгель, у меня вчера обнаружилась магия, — пролепетала Гвинет. — Я боюсь, что теперь Его Величество, не позволит мне выйти замуж за барона.

— Магия? — потрясенно пробормотал мужчина.

— Вы мне поверили? Поверили, что двое детей — ваши?

— Поверил, — твердо ответил Энгель.

Разговор с графиней много времени не занял: Гвинет ответила на все вопросы, покраснев, когда рассказывала о применении зелья.

— Да, это хорошее снадобье, я его сам давал миледи, — подтвердил ее слова Цилен.

Осмотр выявил еще одну странность — старший ребенок мерцал фамильными сине-зелеными сполохами, говорившими, что он унаследовал стихию Воды, а вот младшие удивили — один плод радовал оранжево-красными разводами, второй — сине-голубыми.

— Что это значит? — заинтересовался Николае. — В общих чертах я понимаю, но мне хотелось бы вас послушать."

"— Не знаю, как это объяснить, — потрясено отреагировал Фоллен. — По всему выходит, что один ребенок — маг Воздуха или Воды, а второй — маг Огня? Но у графини нет дара, а у барона — Воздух. Напомните, какая стихия у Его Сиятельства Михаэля Гроув — Вода или Воздух?

— Вода.

— Вот. Откуда взяться Огню?

Цилен порывался что-то сказать, но не хотел прерывать рассуждения вслух уважаемого ректора. За него это сделал донельзя взбудораженный Энгель.

— У моего отца был Огонь, — выпалил барон. — У матери Воздух, у отца — Огонь.

— Да, это многое объясняет. Осталось выяснить самую малость, но она же — и самая невероятная. У графини нет дара.

— Уже есть, — вздохнул Цилен. — Вчера имели удовольствие наблюдать.

Глава 12

Бродить в стенах собственного замка оказалось не настолько интересно, а еще там было довольно пыльно, сразу захотелось пить, помыться, поесть и нормально отдохнуть.

Михаэль стискивал зубы, заставляя забыть дрожащий голос Мариэты — всё! Теперь, точно — всё! Она не простит его, да и к лучшему.

Экономка мелькала тут и там, но, ни слова о Михаэле не произнесла.