Онлайн книга Ненужная дочь (СИ)

Глава 37

Лео встретился мне прямо на входе в гостиницу. Он вышел каким-то растерянным, задумчивым, а когда увидел меня, просветлел.

— Ну и где ты пропадала?

— Вот, - я показала сверток. – Те, что на мне, порядком поистрепались. Негоже идти в них к твоему отцу.

— Так ты не против? – он искренне обрадовался моему ответу. Видимо за ночь эмоции поугасли, и теперь он переживал о моем ответе.

— Ты прав, Лео. Нам обоим это поможет. Только у меня одно условие: ты не мешаешь мне работать, не…

— Я согласен с любым.

— А как же туфли? Я быстро. Только переобуюсь, - запротестовала я, планируя сменить еще и платье . До их уровня мне все равно не дотянуться, но выглядеть нищенкой я не собиралась.

Мое самое красивое, как выразилась Элоиза, платье было темно-синим, с белой оторочкой на груди и высоких лацканах. К нему прилагалась небольшая милая шляпка. Я надела новые туфли, которые уже примеряла в мастерской, оценив работу мастера.

Я показалась себе стройнее, хотя и так имела теперь достаточно тонкую талию. Довольная вышла из гостиницы."

"— Отец, мама, это Виктория, моя невеста. Мы хотим обручиться как можно скорее, - выпалил Лео, как только слуга проводил нас в гостиную, где отец сидел на диване с газетой, а матушка поливала цветы, коих было так много в комнате, что казалось, они занимают все плоские поверхности, кроме кресел и диванов.

— Виктория, это мои родители: Альфред Лоуренс и Елена Лоуренс, - успел Лео представить его родню, когда железная лейка выпала из рук женщины. Отец опустил газету, и я увидела, что возле рта он держит трубку.

Дом был не просто богат, он был сказочно богат. Лео, которого я знала, как аскета, ценящего не мирское, а знания, науку и дружбу, никак не вязался у меня с этой роскошью.

— Я рад, что ты объявил нам об этом не после обручения, сын, - отец, темноволосый и, как мне показалось, крашеный, подтянутый, светлоглазый, как Лео, излучал уверенность и незыблемость. Как и этот дом. Он отложил газету и улыбнулся. Усики, делавшие его похожим на Ретта Батлера из «Унесенных ветром» могли служить неким барометром настроения и сейчас двигались вместе с улыбкой.

— Мама, - Лео бросился к ней, оставив меня под пристальным взглядом отца.