Онлайн книга Папа с прицепом

 – Подползай поближе, приятель, помогу тебе сидячее положение принять. А за наручники – извиняй, пусть пока на тебе побудут.

Гуров в очередной раз придвинул стул ближе к допрашиваемому и приготовился слушать.

Рассказ Мухамбетова не сильно отличался от того, что опера слышали от Семибратова и Шилова. И все же нюансы были. Махинацию с искусственным повышением цены на лом Мухамбетов подтвердил. Только в отличие от Семибратова идею приписал Якимушкину. Мол, он пришел к нему, Мухамбетову, с деловым предложением. Предложение выглядело сырым, недодуманным, но перспективным.

Он доработал детали, он же предложил взять в дело всех остальных. Только Волкова порекомендовал сам Якимушкин. Он же с ним и договариваться должен был да провалил миссию на первом заходе. Волков оказался совершенно невосприимчивым к чужим идеям, а Якимушкин – плохим дипломатом. Короче, дело он испортил. Вернее, чуть не испортил. Пришлось Мухамбетову и здесь поработать. Ему показалось, что с задачей он справился.

"За день до его смерти Мухамбетов снова встречался с ним в кафе. На этот раз по инициативе самого Волкова. Оказалось, встречу тот назначил не только ему, но всем, кому было известно про план Якимушкина. Зачем он их выцеплял по одному? Да отговорить пытался. К совести взывал, к благоразумию. Пугал штрафными санкциями за нечистую игру и прочую лабуду гнал. Мухамбетов послушал-послушал и на хрен его послал. Что сделали остальные? То же самое – отказали все Волкову.

В тот же день Мухамбетов уехал в Сочи. Надоело «мульку прогонять», надоело этих чистоплюев обрабатывать. Не срослось и не срослось, он не в обиде. Не выгорело здесь, получится в другом месте. Таков мир бизнеса. Гуров усомнился в том, что Мухамбетов так просто отказался от идеи, и тогда тот заявил, что Волков, мол, аргумент привел железный. Какой? Да объявил, что выход на нужного человека нашел.

Имя человека Мухамбетов назвал только после того, как Гуров дал ему честное слово, что при этом человеке о его персоне даже упоминания не будет. Им оказался некий Дмитрий Бородин. Мужчина солидный и возрастом, и положением. Именно ему сдавали свой лом Семибратов, Шилов, Паршин и Волков.