Онлайн книга Попаданка в русалку

Ты, что управляешь приливами и отливами, наполни своей силой этот магический круг, стань свидетельницей того, что каждое слово, сказанное в нем, будет правдой! — по границе круга разошлись в стороны от меня волны, а затем столкнулись на противоположной стороне круга, обдав стоящих ближе брызгами. Я тем временем продолжила: — Я призываю в свидетели клятвы силу Океана, ты, животворящий, источник жизни на земле, непокорный, бушующий и милостивый! Прошу, стань свидетелем этой клятвы и покарай любого, кто посмеет нарушить слово, произнесенное в этом круге! — люди ахнули, а из воды медленно поднялась голова ставшего вновь огромным Кракена.

Я замолчала, запрокинув голову вверх, будто бы высматривала что-то или вслушивалась. Выдержала паузу, дождавшись полной тишины, когда люди успокоились, поняв, что Кракен просто лежит и границы водной преодолевать не собирается.

— Готов ли ты пред свидетелями Океаном и Голубой Луной произнести слова клятвы? — наконец, вопросила я, опустив взгляд на капитана.

— Готов, — ответил он твердо.

— Готов ли ты принять кару от Стихии за нарушение своих слов, какой бы она ни была, пусть даже и смерть?

— Готов, — мне показалось, что голос его едва заметно дрогнул.

— Дай мне свою руку и нож.

Я взяла его за протянутую мне ладонь, и под нашими руками из водной границы поднялся маленький фонтанчик.

— Повторяй за мной, — велела я и зачитала придуманный, руководствуясь книжками и сериалами, текст клятвы: — Клянусь ни осознанно, ни неосознанно не выдавать тайны русалки-Арины. Клянусь никогда не пытаться навредить русалке-Арине ни действием, ни бездействием, и сообщить ей, если узнаю о задуманном против нее. Клянусь быть верным силе стихии Воды, и пусть станут свидетелями моих слов Луна и Океан.

Когда он повторил каждую фразу, фонтанчик под нашими руками усилил напор, охватив наши сцепленные руки и смывая кровь. Капитан дернулся из-за попавшей в ранку соли, но руку не отдернул. Когда же вода опала, на тыльной стороне ладони его больше не было пореза, а вместо него переливался голубовато-серебристым рисунок, отдаленной похожий на рисунок чешуи на моем хвосте, только плоский.