Онлайн книга Посеявший бурю

 — Последнее время я постоянно слышал его в своей голове.

— Что изменилось?

— Одна ведьма подарила мне оберег, который не подпускает ко мне призрака.

— Ясно… Но тем не менее мертвяк где-то совсем рядом. Я ощущаю его, — мрачно кивнул Канто и отпустил Никиту. Протянув парню руку, он помог ему подняться. — Дело плохо. Если он так близко…

— Потому я и пришел. Я меняюсь… И боюсь этого. Можно ли как-то это остановить? Мне сказали, что оберег не сможет прятать меня вечно.

— Я лишь старый оборотень. В магии не сведущ, — развел руками Канто.

— Что? — не понял Никита. — Что значит «добивался»?

— Ты — оборотень, кошачья башка. Навыки владения мечом тебе, конечно, пригодятся, но твое оружие — в первую очередь клыки и когти. Я долго ждал, пока ты сам это поймешь, и сейчас это произошло.

— Погоди… Тогда зачем все эти тренировки?

— Ты стал выносливее и ловчее. А меч — благородное оружие истинного воина.

— После того, как ты лупил меня столько времени?! — возмутился Никита.

— Может, мне это просто нравится, — хихикнул кицунэ. — У тяжелой работы горькие корни, но сладкие плоды. А теперь пойдем, я напою тебя чаем. И мы спокойно поговорим.

Они прошли в комнаты Канто, расположенные в глубине здания. Никита опустился на колени у низенького столика, а кицунэ достал небольшой чайник, чашки, несколько баночек с заваркой и какими-то специями и принялся готовить чай.

Никита поморщился от боли — бока болели.

— Говори, я тебя слушаю, — между делом произнес старик.

— Меня пытались убить серебряной пулей, — выпалил Никита.

— Вот так новости! И кому же ты перешел дорогу?

— Много кому, всех и не вспомню. Но до сих пор никто не охотился на меня с огнестрельным оружием. Скоро страшно будет на улицу выйти.

— Твоя знакомая девица из полиции поможет тебе, я не сомневаюсь.

— Татьяна тоже напугана, как и я. Возможно, мы сунули нос куда не следовало…

— Да вы только этим и занимаетесь, — фыркнул Канто. — Если хочешь, можешь пожить здесь. Моя школа — нейтральная территория. Я никогда не суюсь в чьи-либо разборки, разве что в самых крайних случаях. Это известно и светлым, и темным. Но если кто-то явится сюда с дурными намерениями, пощады не будет никому.

— Я и рад бы, но не могу. Что я скажу родителям? Они же ничего не знают.