Онлайн книга Последний Герой. Том 6

Худой, жилистый, с крючковатым носом и лицом, изрытым ямками, будто после оспы, он напоминал Кощея. Этот человек молча шевелил сучья в костре, подкидывал хворост, чтоб не погасло.

— Что, Лепила, не спишь? — наконец, хмыкнул он, глядя краем глаза на врача.

— Я… это… — пробормотал Евгений Петрович. — Мне бы… отойти. В туалет надо…

— Размечтался, — ухмыльнулся тот. — Ссы здесь. Ты свои интеллигентные замашки брось, фраер.

Говорил он негромко, почти шёпотом, чтобы не разбудить остальных, но в словах чувствовалось удовольствие от того, что есть тот, кого можно унизить.

Евгений Петрович снял очки, уже готовясь к удару. Ждал, что его опять ткнут или пнут, привычно задержал дыхание и как мог напряг живот.

Но удара не было. Врач всё мял очки за спиной, и руки его подрагивали, а потом вдруг совсем другим жестом надавил пальцами на стекло. Послышался тихий хруст. Одно из стёкол лопнуло. Незаметно он спрятал осколок в ладонь. Острый край впился в кожу, тёплая кровь потекла между пальцами, но он не издал ни звука.

— Можно я хотя бы отойду на несколько шагов? В кусты… — хрипло попросил он. — Ну не могу я…

— Ладно, — неожиданно сжалился зэк. — Пошли. С тобой отлить схожу.

Они шагнули чуть вглубь зарослей. Зэк расстегнул штаны, зашуршало, зажурчало.

— Чё смотришь, придурок? — шикнул он, заметив взгляд доктора.

Евгений Петрович стоял слишком близко. Смотрел прямо в глаза, не отводил взгляда.

— Осмелел, сявка безродная… — пробормотал зэк, стряхивая, уже собираясь застегнуть штаны и повернуться.

И тогда произошло то, чего никто не ожидал. Ни зэк, ни даже сам Евгений Петрович. Откуда-то в нём поднялась сила, рождённая отчаянием. В обычной жизни он бы даже не помыслил о таком. Но вот теперь, в этот самый момент, он знал, куда бить — словно откуда-то пришла подсказка. Инстинкт и врачебное знание сработали вместе.

Чирк!

Осколок стекла с силой полоснул по шее, в том месте, где под кожей билась артерия.

Тот вытаращил глаза, рот раскрылся для крика, но вырвался только сиплый хрип. Он захлебнулся собственным дыханием, захрипел и стал оседать в траву.

А Евгений Петрович побежал. Бежал так, как никогда прежде. Летел сквозь тёмную тайгу, сломя голову. Ветки хлестали по лицу, рвали одежду, царапали кожу. Он падал, поднимался и снова бежал.