Онлайн книга Развод. Ты предал нашу семью (СИ)

Я закусываю губы, опускаю лицо, чтобы спрятать слезы, которые предательски брызнули из глаз.

— Прости меня.

— Да простила я тебя, — прижимаю кулак ко рту и зажмуриваюсь. — Простила. И люблю. И выгонять не хочу, Глеб. Просто я запуталась… и мне страшно, но без тебя будет еще страшнее и непонятнее. И я сожру себя дурацкими мыслями, а дети… дети начнут не только садовых гномов таскать или спорить с учителями. Я все это знаю и понимаю, Глеб. Но если бы только разум сейчас работал…

— Я перезвоню Ярославу при тебе, — тихо отзывается он.

Поднимаю взгляд.

— Если ты, конечно, готова к этому, — сжимает мою ладонь крепче. — Мне действительно нечего скрывать от тебя. Никаких хитрых планов насчет тебя у меня нет.

Шмыгаю, вытираю слезы. Сначала с одной щеки, потом со второй и распрямляю плечи.

— Я готова, — серьезно отвечаю я. — Я ведь та самая жена, которая должна все знать.

Если мы остаемся в одной лодке, то я должна знать, в какие волны Глеб погружает свое весло, пытаясь удержаться на плаву. Вдруг ему понадобиться помощь, чтобы отбиться от голодных наглых пираний?

Хотя Надя даже не пиранья, а какая-то скользкая зубастая стервь.

— Тогда звоню?

— Звони, — медленно, но уверенно киваю, а потом встаю. — Подожди.

Выглядываю из кухни.

— Я столовую запер, — Глеб оборачивается. — Без шума им не удастся подкрасться. Да и мы сейчас не интересны. Они ждут, когда к Чичикову в Мертвых душах начнут приставать призраки.

— Тогда звони, — закрываю дверь кухни и бесшумно возвращаюсь за стол. — Не тяни.

Глава 40.

Гудки обрываются хриплым голосом Ярика. Он выдыхает:

— Босс…

А затем кашляет.

— Ты, что, там куришь? — Глеб сердито хмурится.

— Да, — Ярик кашляется сплевывает, — ну и дрянь. Десять лет назад бросил. Фу! Бэ!

И еще несколько разномастных коротких слогов, которые говорят нам, как Ярик недоволен.

— Будто дерьмо высушенное покурил… Фуф. Ужас, какой, — вздыхает и кричит на сторону. — Эй, мужик! Сигареты нужны?

— Ну, давай сюда, — раздается на стороне пьяный голос. — Благодарству.

— Ярик, — шипит Глеб. — Ты мне чего звонил?

Молчание, и я вся напрягаюсь.

— Жена рядом? — серьезно спрашивает Ярик.

— Рядом, — подаю я голос.

— Это хорошо, что рядом, — тянет Ярик. — Не выпнула его еще?

Я немного теряюсь от фамильярности Ярослава, но я в ней не слышу надеменности, презрения или насмешки. Она такая. Дружелюбная, будто я с ним сто лет знаком.

— Блин, пардон, Антонина, — Ярик вздыхает. — Как-то я начал не так, да? Ну, я же деревенский.