Онлайн книга Сказочник

Если и был в мире мужчина, которому идеально шла заметная небритость, то вот он. И еще загоревшему лицу подходили эти выгоревшие до соломенного цвета, небрежно торчащие в разные стороны волосы. И темно-красная рубашка, с трудом сдерживающая перекатывающиеся под тканью мышцы.

— Какая… Морковка, — хмыкнул он, заинтересованно разглядывая растрепанные рыжие волосы.

Ася машинально пригладила волосы, вспоминая, что забыла шапку на тумбочке в прихожей. И что и без того непослушные волосы сейчас наверняка выглядят просто ужасно.

— Он тебя обидел, Морковка? — уточнил Спаситель.

Внутри все завыло от совершенно несвойственного ей инфантильного желания наябедничать. Взять — и одним махом вывалить всю обиду и незаслуженное унижение.

За то, что стоит в снегу почти босая, вместо того, чтобы украшать квартиру к Новому году, до которого осталась всего ничего, меньше десяти дней.

Никто и никогда не заступался за нее. Отец — отставной военный — всегда говорил, что она должна уметь постоять сама за себя, старшая сестра вообще предпочитала делать вид, что не замечает заплаканных глаз младшей, а мать всегда и во всем поддерживала отца.

— Все в порядке, мы разберемся, — сказала Ася, надеясь, что ее уставшей улыбки будет достаточно, чтобы отблагодарить Спасителя.

Он пожал плечами, отпустил руку Игоря и тот, охая, поднялся на ноги, потирая вывихнутое плечо и пятясь в сторону подъезда. Прежде, чем скрыться за дверью, бросил на Асю раздраженный и очень недобрый взгляд. С минуту она смотрела на дверь, пытаясь понять, где были ее глаза, и почему она раньше не замечала, с каким человеком по глупости связала свою жизнь? Хорошо хоть гражданским браком.

«Дура ты, Ася», — покачала головой внутренний скептик, одновременно резко выдергивая землю у нее из-под ног.

Она пыталась удержать равновесие во внезапно качнувшемся мире, даже пошарила вокруг в поисках опоры, второй рукой крепко прижимая сына к груди, но ничего не получалось. Наверное, дал о себе знать и постоянный недосып: после выписки из больницы мать постоянно жаловалась на боли в груди и боялась, что если уснет, то уже не проснется.