Онлайн книга Правила счастливой свадьбы

Вмешиваться или задавать неуместные вопросы он не стал.

При себе у погибшей было мелочи медяками чуть меньше рубля, пять потрепанных десяток и тонкий бумажный сверток, перетянутый алой ленточкой. Развязав бантик и развернув лист, Пушкин обнаружил пустоту. Сверток, похожий на скрученные сторублевки, не хранил ничего.

– Это что за странность? – не сдержался доктор. – Фантик без конфекты? Розыгрыш?"

"– Девичьи причуды, – ответил Пушкин. – Павел Яковлевич, обратите внимание на ленту. Похоже на ту, что была вчера?

Преображенский покрутил алую материю.

– На глаз схожи. Таких в каждом магазине галантерейном аршинами продают. Постараюсь сравнить…

Пушкин взял небольшую книжечку, на обложке которой была типографская надпись «Касса взаимопомощи невест», владелица называлась Пушистая Лапка, а вела счет взносам мадам Капустина Ф.М. Судя по записям, невеста скопила тысячу рублей приданого за последние десять лет, каковое должна была получить с полным расчетом завтра, 26 апреля, накануне свадьбы. Преображенский сдержанно поглядывал на книжечку, которая интересовала его чрезвычайно.

– Все-таки завели кассу взаимопомощи, – сказал он. – Девицам подмога…

– Возможно, – ответил Пушкин, возвращая книжечку на диван. – Там на столе вязальная спица, проверьте на ней следы яда.

– Они должны быть?

– Чем-то надо размешать яд в бокале.

– А… Конечно, спасибо, что указали. Шампанское тоже проверю…

– Проверьте. Яда там не должно быть.

– Конечно, убийце известно, что аконитин в шампанском может значительно потерять силу.

– Что известно убийце про яд, судить не могу. А вот бутылка наполовину пустая, на полу лужи шампанского…

Связи доктор не уловил, но спросить постеснялся.

– Павел Яковлевич, теперь к вам просьба.

Преображенский изъявил готовность помогать.

– Подробный осмотр тела проведете в участке. Сейчас надо точно знать, что мадемуазель Бутович успела потерять нечто важное перед смертью.

Лишних разъяснений Преображенскому не требовалось. Что поделать: влез участковый доктор в криминалистику, надо идти до конца.

– Дело нехитрое, – сказал он, снова снимая пиджак. – Выйдите, Алексей Сергеевич, видеть такое не следует…

* * *Жанна Вейриоль обладала чутьем, отточенным годами кройки и шитья. Чутье подсказывало, что положение сильно изменилось совсем не в ее пользу. Вчера пристав подошел к ней, чтобы выразить сочувствие и пожаловаться на неприятного господина из сыска, а сегодня фон Глазенап держался отчужденно, если не сказать враждебно.