Онлайн книга Скиф-Эллин

Самое забавное, что цвет лица становился белым, а белая маска в греческом театре обозначала женщину, ведь актерами были только мужчины.

Я не привык оставаться в долгу, поэтому обрадовался, когда мой отряд захватил в плен знатного перса Сисина — сорокалетнего коротышку-толстяка с маслянистыми темно-карими глазами, которые, как казалось, источали елей и прочие благости на того, на кого смотрели. Он скакал на красивом вороном жеребце, невысоком, но удивительно стройном, гармоничном, в сопровождении свиты из десяти воинов и пяти рабов, которые ехали на клячах и вели на поводу по вьючной лошади, основательно нагруженной, как догадываюсь, самыми необходимыми богатому персу дорожными предметами.

Видимо, перс принял нас за местных воинов, потому что закричал властно на хорошем, почти без акцента, греческом языке:

— Я посланник царя царей Дария! Если со мной что-нибудь случится, вас найдут и казнят!

— Я посланник царя Македонии, и мне плевать на царя царей! — произнес я шутливо, подъезжая к нему.

— Ты, наверное, надеешься на богатый выкуп?! И зря! Я всего лишь бедный чиновник, выполняющий поручение своего господина… — сразу завел жалобную песню хитрый перс.

— Бедных чиновников продают в рабство, — напомнил я.

— Не совсем бедный, — сразу поправился он, — но и не так богат, как ты думаешь.

— Откуда ты знаешь, как я подумаю?! — насмешливо поинтересовался я.

— Умный всегда догадается, о чем думает другой умный и отважный воин! — лизнул перс.

— Кто ты такой и куда ехал? — остановил я вопросом поток лести.

— Меня зовут Сисин. Я мелкий чиновник, служу царю царей Дарию, выполняю его поручения, — представился он. — Какие поручения даст, те и выполняю.

— И какое выполняешь сейчас? — спросил я.

— Мой повелитель послал меня во Фригию сказать правителям городов, что он спешит им на помощь, — рассказал он, глядя мне в глаза своими честными, маслянистыми, истекающими самыми лучшими чувствами.

— Он придет сюда зимой?! — не поверил я."

"— Царь царей сейчас спешно собирает войско, чтобы прийти ранней весной, — поправился Сисин.

Я не сомневался, что он врет, как и в том, что не скажет истинную цель своей поездки.