Онлайн книга Солнце полуночи

– Скажи, почему ты убежал от меня, когда мы пришли на поляну?

Ее слова нанесли мне физический удар, засели в глубине живота. Я не мог понять, зачем ей понадобилось заново переживать настолько отталкивающий момент.

– Ты знаешь почему.

Она покачала головой, свела брови:

– Нет, я о другом: что такого я сделала? – Ее голос стал серьезным и сосредоточенным. – Понимаешь, теперь мне придется быть начеку, так что лучше сразу узнать, чего делать не следует. Вот это, например, – она медленно провела пальцами по тыльной стороне моей ладони до запястья, оставляя на ней огненную, но безболезненную дорожку, – кажется, можно.

Брать всю ответственность на себя – как это на нее похоже.

– Ничего такого ты не сделала, Белла. Во всем виноват я.

Она вздернула подбородок. Этот жест подразумевал бы упрямство, если бы не мольба в ее глазах.

– Но я хочу помочь, чем могу, чтобы тебе было легче.

Первым моим побуждением было и впредь настаивать, что дело только во мне и ей не о чем беспокоиться.

Но как объяснить жажду крови? Какой стыд.

– В таком случае… просто ты находилась слишком близко. Большинство людей сторонится нас, они инстинктивно чувствуют, что мы иные, и это отталкивает их… Вот я и не ожидал, что ты настолько приблизишься. А еще – запах твоего горла…

Я осекся, надеясь, что еще не вызвал у нее отвращение.

Она поджала губы, словно сдерживая улыбку."

"– Тогда ладно. – Она опустила голову, уткнулась подбородком в правую ключицу. – И все, горла не видно.

Шутка явно предназначалась для того, чтобы развеять мое волнение, и она сработала. Я невольно рассмеялся над выражением ее лица.

– Да нет, – заверил я, – дело скорее в неожиданности, чем еще в чем-то.

Я поднял руку и легко приложил ее к шее Беллы, ощутил невероятную нежность ее кожи, исходящее от нее тепло. Обвел большим пальцем подбородок.

– Видишь? – шепотом спросил я. – Все прекрасно.

Ее сердце забилось быстрее. Я чувствовал его биение ладонью, слышал, как оно ускоряет ритм. Румянец залил ее лицо от подбородка до границы волос.

Звук и вид ее реакции, вместо того чтобы вновь вызвать у меня жажду, только усилили сходство моего собственного отклика с человеческим.