Онлайн книга Тени кафе «Домино»

– Вот жизнь, – язвительно сказал Мариенгоф, – еще шесть лет назад командовал книжным складом у папаши, а теперь красный генерал.

– Более того, был наркомом на Украине, по-старому, министром, – усмехнулся Леонидов.

– Юрка!

Есенин обнял Саблина.

– Вот порадовал. Надолго в Москву? Ордена-то за что?

– Не знаю, это решают там, – он ткнул пальцем в потолок, а «Красное Знамя» за Кронштадт.

– Ну, давай садись и дружков своих зови.

– Друзья, – Саблин подошел к столу, – позвольте представить вам поэта, знаменитого боевика-террориста, одного из ответственных работников ЧК Якова Блюмкина.

Блюмкин подошел к столу. Сел без приглашения. Оглядел всех прищуренными глазами.

– Как же, как же, – мило улыбнулся Леонидов, – вы, мне помнится, убили германского посла Мирбаха…

– Я много кого убил.

– Неужели, – ахнул Есенин, ты кончил Мирбаха? Я помню, об этом много писали. А стихи почитаешь?

– Я же поэт…

– Поэт расстрелов, – жестко сказал Леонидов.

– Да, все это было. Я вас помню, Леонидов, вы писали об убийстве Мирбаха, я одному вам дал интервью.

– Я помню и благодарен вам, сделал сенсацию.

– А сейчас я могу сделать так, что вы будете давать мне интервью в расстрельном подвале. Совсем недавно вас задержали в притоне и арестовали, но, к сожалению выпустили. Так я могу тебя опять туда отправить.

– А ты меня не пугай. Меня охранка пугала, контрразведка штаба императорской армии пугала, а я не испугался, а эти люди были не тебе чета.

Блюмкин полез в карман, вытащил браунинг, положил его на стол.

Все замерли.

Их этого же кармана он достал пачку денег, вперемежку советских и франков, потом вытащил массивный золотой портсигар, закурил.

– Я пошутил, Леонидов, пошутил.

– Я тоже пошутил.

– Испугался?

– Тебя? Нет. Мне на фронте за храбрость Георгия дали.

– Знаю, знаю, – Блюмкин в упор посмотрел на Леонидова, – мне известно, что ты на Кронштадт шел и пулям не кланялся, тебе орден хотели дать, но социальное происхождение подвело, поэтому наградили именным маузером. Где ствол, репортер?

– Я серебряную табличку снял, а маузер отдал в Уголовный розыск.

– Маузер! – ахнул Мариенгоф, – зачем?

– Чтобы от такой жизни не застрелиться, А если серьезно, я не люблю оружие.

– Вот и прекрасно, – засмеялся Саблин, – друзья, я пришел с любимой женщиной и другом к вам, моим дорогим людям. Свирский!

Адъютант подскочил.

– Неси.

Через несколько минут адъютант и шофер вдвоем внесли два ящика.

На столе появилось шампанское, коньяк, ликер и дорогие закуски.