Онлайн книга Точка Бифуркации XIV

Впрочем, как и вспышек света от сгоревшего артефакта. Но оно и неудивительно, ведь режущей атакой разрядить нормальный камень было попросту нельзя.

В следующую секунду настала моя очередь удивлять оппонента. Наконец приняв для себя, что бой пора заканчивать, я впервые за время нашего смертельного поединка пошёл в атаку.

Ложный выпад, короткий шаг назад и резкий рубящий удар сверху, который ожидаемо угодил в защиту. Следом же, без малейшей паузы, перехватываю меч и бью сбоку — Миронов в последнюю секунду отшагивает назад и успевает убрать голову, а затем отбивает ещё несколько прямых ударов, скользящих в голову, шею и живот.

"Закончив серию, я тут же шагаю вбок, уходя от ожидаемой контратаки, и наношу короткий и практический незаметный удар по предплечью противника. Руку таким однозначно не отсечь, но вот повредить… Собственно, ровно это и произошло, одновременно с ярко вспыхнувшим на груди мужчины артефактом. Пролилась первая кровь.

Ведущая рука противника задрожала, но меч он не выронил, напротив, перехватил его покрепче и, скрипнув зубами, снова рванулся вперёд.

Удары сыпались один за другим — сверху, крест-накрест, сбоку, следом же с развороту, с попыткой прижать телекинезом и сбить внимание сферой огня, выпущенной в лицо. Забавно, что за всё время схватки ни он, ни я попыток воспользоваться стихийным даром ранее не предпринимали. Впрочем, я и не собирался начинать.

Предвидя очередной выпад с попыткой угодить мне в горло, я не смог не отметить, насколько медленнее стала двигаться рука противника.

Резко шагнув вперёд и пропустив его меч сбоку, следом же перехватывая оружие рукой, я одновременно с этим нанёс свой финальный удар. Прошедший сквозь грудь моего визави клинок сопровождался сдавленным вскриком, одновременно с чем ноги Якова Степановича тут же подкосились и он упал на колени. Глаза его расширились, рот приоткрылся, будто он хотел что-то сказать.

Миронов пошатнулся, приложив обе руки к окровавленной груди и следом медленно рухнул набок.

Я подошёл ближе, присаживаясь сбоку от поверженного противника. Он дышал тяжело, надсадно, уже не поднимая головы. Глаза вражеского генерала смотрели точно перед собой.

— Достойный бой, Яков Степанович. Очень жаль, что мы оказались по разную сторону баррикад.