Онлайн книга Бог Войны

— Возможных перспектив — это каких именно?

— Хорошая попытка. Если я назову тебе имена, ты их перечеркнешь ради забавы, а я больше не могу закрывать глаза на твои токсичные привычки, — в конце концов, теперь я уже завладела его вниманием. Только не уверена, что это правильное внимание.

И перерастет ли это непостоянное внимание в нечто большее.

Его пальцы слегка сжимают бокал, и это изменение языка тела я бы не заметила, если бы не наблюдала за ним с ястребиным вниманием.

— Ты что, проснулась сегодня и решила превратить мою жизнь в ад?

— Не говори глупостей, — я играю со своей соломинкой.

Он качает головой с горькой уступкой, и я улыбаюсь, когда официант приносит мне салат фалафель и хумус.

Я замечаю блюдо Илая — какой-то кебаб. Пока я ем, я наблюдаю, как он режет его на мелкие кусочки, но никогда не подносит ничего ко рту. А когда подносит, словно для показухи, то кладет обратно и делает глоток своего напитка.

Слова Сэм о том, что нужно спросить его напрямую, толкают меня на вопрос:

— Почему ты никогда не ешь?

— Я всегда ем.

— Ты человек, а не продукт. Что ты имеешь в виду под «истек срок годности»? Мерзость, — я сморщила нос. — И еще, я знаю, что ты ешь еду Сэм, но я никогда не видела, чтобы ты ел вне дома.

— Вот поэтому я и не ем.

— Тогда зачем ты заказываешь ее в ресторанах?

— Чтобы поддерживать имидж.

— Есть причина, по которой ты не можешь есть в ресторанах?

Его губы сжались, прежде чем принять свою обычную неодобрительную форму.

— Я им не доверяю.

— Это из-за твоего ОКР? То есть, я думаю, что дело в этом? Я не хочу разбрасываться этим термином, но у тебя явно выраженные симптомы.

— В легкой форме. Самодиагноз. И да, это играет определенную роль.

— А с другой стороны?

Он приподнял бровь.

— Что за внезапное любопытство?

— Мы женаты, Илай. Думаю, мы должны что-то знать друг о друге. Ты так не считаешь?

— Быть женатым не значит иметь право разрушать личную жизнь друг друга, так что нет, я не думаю, что мы должны знать личные вещи друг о друге.

— А я считаю. Я отказываюсь жить с незнакомцем и поэтому буду продолжать пытаться понять тебя. Ты можешь рассказать мне сам или я узнаю это сама. Так может, ты будешь чуть более разговорчивым и избавишь нас обоих от проблем?

Он продолжает нарезать еду, движения в лучшем случае механические, и я думаю, что он снова отгородил меня своими высокими стенами, но тут его глубокий голос разносится в воздухе.