Онлайн книга Злые клятвы

Пока я курирую наши нелегальные бордели и казино, а также торговлю наркотиками и оружием, Виталий занимается отмыванием денег через наш законный бизнес, такой как казино, клубы, рестораны и публичные дома, которыми мы управляем в Майами, Вегасе и здесь, в Новом Орлеане. Он всегда лучше обращался с цифрами, чем с людьми. Тем временем Адриан управляет казино, открывает новые предприятия и занимается юридической стороной нашего бизнеса. Его люди также оказывают поддержку и действуют как наша группа реагирования.

Наше единство делает нас тремя самыми влиятельными людьми в Америке.

И одни из самых целенаправленных.

— Пожалуйста, — умоляет мужчина передо мной, возвращая меня в настоящее. — Я не знал, что она принадлежит тебе.

Берт Макинтайр уже почти не выглядит человеком, учитывая, сколько плоти ему не хватает. Я бы почти поверил ему, если бы не тот факт, что кто-то заплатил ему двадцать тысяч долларов, чтобы он заставил мою жену выйти на сцену, и пообещал еще сорок тысяч, если он ее изнасилует.

Жители Нового Орлеана.

— Ложь ни к чему не приведет, Берти, мальчик, — усмехаюсь я, обхаживая его, хищник, кружащий вокруг своей добычи. — Ты разговаривал с кем-то на другом конце этого номера, и я хочу знать, с кем.

— Я не знаю, — плачет он, слезы вытекают из-под его опухших век и смешиваются с кровью и грязью на его щеках. Его губы дрожат, но он по-прежнему ничего не делает, только рыдает, ругаясь вверх и вниз, что понятия не имеет, кто этот человек на другом конце провода. — Их голоса были замаскированы, — бормочет он сквозь отсутствующие зубы и опухшие губы. — Я ничего не могу тебе сказать. Это был не что иное, как электронный робот, говорящий на другом конце провода. Я клянусь.

Опустив кастет, я протягиваю руку назад и хватаю свой девятимиллионный пистолет за поясницей.

— Тогда ты мне бесполезен.

— Кто в Новом Орлеане захочет, чтобы этот извращенец изнасиловал Эвалин? — задается вопросом Хиро, наливая два больших пальца виски «Макаллан» тридцатилетней выдержки в двойной бочке. Не то чтобы я мог много сказать, поскольку я только что налил себе четыре пальца того же самого. Огненная жидкость освещает мне путь в горло, когда я тоже об этом думаю.