Онлайн книга Баран и жемчуг

– Кто просил? – Морис схватил меня за плечи и встряхнул. – Ты сама себя слышишь? Я защищаю тебя! Я за тебя в ответе!..

Молния сверкнула так близко, а потом раздался такой страшный грохот, что я опять вскрикнула и бросилась на шею к Морису, будто он мог меня защитить от небесных стрел.

Теперь дождь лил как из ведра, а раскаты грома не прекращались, и небо то и дело вспыхивало кривыми рогатыми молниями.

– Переждём грозу, – Морис заставил меня сесть на землю, снял с себя куртку и попытался меня ею укрыть.

Глупая затея, потому что мы и так уже промокли насквозь, и куртка в том числе.

– А потом вы побежите в замок, леди, – продолжал он. – Быстро побежите, как зайчик.

– А ты?

– А у меня дела.

– Утопить судью? После этого тебя или казнят или отправят на пожизненную каторгу!

– Это лучше, чем мученически умереть из-за подлеца и ни за что, – огрызнулся он.

– Ни за что?! – рассвирепела я. – Кровь моих родителей была бы отмщена, а ты бы получил Сегюр! Баранья твоя башка!

– Да мне плевать на этот Сегюр! – в этот раз его голос заглушил даже грохот грома.

– Глупость? – я задохнулась от возмущения. – Это чтобы отомстить за моих родителей… Это ради тебя…

Он притиснул меня к себе так крепко, что я опять задохнулась, но уже по другой причине, а всё возмущение пропало как по волшебству. Похоже, сэр Баран тоже остыл от праведного гнева, потому что заговорил негромко, тихо и прерывисто:

– Считаешь, что твои родители будут рады, если их убийца убьёт ещё и тебя?.

Молнии хлестали вокруг, и гром гремел прямо над нашими головами, и ещё нас поливал косой дождь, но мы словно перестали всё это замечать. Уткнувшись Морису лицом в грудь, я обхватила его за пояс, не желая отпускать.

– Ты говорил, что больше не имеешь права просить короля о милости… – сказала я, глотая дождь и слёзы. – И если убьёшь судью…

– Ну, если убью, то прежде мне надо будет его догнать, – произнёс Морис ледяным тоном.

Я рывком высвободилась из его объятий и увидела, что пока мы с сэром рыцарем выясняли отношения, судья пришёл в себя и потихоньку сбежал, не желая связываться королевским сыном, который предпочитал орудовать кривой саблей.