Онлайн книга Глаза дракона

Он видел, что Томас задумался, и что еще один ящик с отравленным содержимым плюхнулся в колодец его души — плюх! Так оно и случилось позже, когда Питер предложил Томасу купить на свои деньги бутыль вина, тот подумал о громадной сокровищнице, которая вся достанется его брату. Легко тебе говорить о деньгах! Ведь скоро все сокровища мира будут твоими!

А потом, примерно за год до того, как Флегг поднес королю отравленное вино, он показал Томасу этот потайной ход. И тут его обычно безошибочный инстинкт зла дал осечку.

Глава 26

«Что-то ты нос повесил, Томми!» — воскликнул Флегг. В тот раз капюшон его был откинут, и он выглядел почти нормально. Почти.

Томми и правда было не по себе. Он пережил, долгий обед, в течение которого отец хвалил Питера за успехи в геометрии и навигации в самых лестных выражениях. Сам Роланд в этом ничего не понимал. Он знал, что у треугольника три стороны, а у квадрата четыре; что, заблудившись в лесу, можно найти выход по Древней звезде.

«Обед не улегся в желудке, вот и все», — сказал он.

«Ладно, я знаю кое-что, что тебя развеселит, — заявил Флегг. — Покажу тебе один секрет замка».

Томас играл с большим длинноногим жуком. Он посадил его на стол и окружил учебниками, передвигая их, когда озабоченно жужжащий жук пытался выползти.

«Я устал», — сказал Томас, и это была правда. Он всегда уставал, когда слышал, как хвалят Питера.

«Тебе обязательно понравится», — тон Флегга был заискивающим… но и немного угрожающим.

Томас в сомнении взглянул на него:

«А там нету летучих мышей?»"

"Флегг весело рассмеялся, но от этого смеха по спине у Томаса пробежали мурашки. Он хлопнул Томаса по спине.

«Никаких мышей! Тепло и светло! И ты сможешь подглядеть за своим отцом, Томми».

Томас знал, что подглядывать — это почти то же самое, что шпионить, а шпионить нехорошо, но соблазн был слишком велик, и когда жук в очередной раз попытался сбежать, он не стал его ловить.

«Ладно, — сказал он, — но никаких летучих мышей».

Флегг обнял его за плечи.

«Никаких, Томми. И еще — ты не только увидишь отца, но увидишь его глазами его самого большого трофея».

Глаза Томаса вспыхнули интересом. Рыбка попалась на крючок.