Онлайн книга Горький квест. Том 2

Ничего, первый блин всегда бывает комом, кажется, так говорят в России. Завтра Вилен проведет первое тестирование, чтобы выяснить, чем отличаются друг от друга те, кто хотя бы в чем-то совпал с Володей Лагутиным, и те, кто не совпал ни в чем. А там посмотрим, как пойдет.

* * *Ирина на ужин не пошла, сославшись на необходимость хотя бы иногда соблюдать диету.

– Разнесло меня в последнее время, – пожаловалась она Дуне, – набрала килограммы, а на толстушек в нашей профессии спроса почти нет. Ты сходи поешь, а я кино посмотрю.

– Принести что-нибудь? Может, бутерброд или салатик? – предложила Дуня.

– Ни в коем случае! Я ж не выдержу, у меня воля слабая. Как съем первый кусочек – так и начну мести все подряд. Иди, а я кино посмотрю, отвлекусь от мыслей о еде.

– Что будешь смотреть?

– Выберу что-нибудь, тут, – она кивком головы указала на тумбу под телевизором, – старых фильмов полно.

Ирина сама предложила, чтобы Дуня не обращалась к ней на «вы», и Дуню это вполне устраивало.

Дуня сходила в столовую, обрадовалась, что есть свободный стол и можно ни к кому не подсаживаться, поужинать в одиночестве. Вести разговоры ей не хотелось. И вообще не хотелось разговаривать ни с кем и ни о чем. Хотелось только молчать. Каждое слово давалось ей с трудом и, казалось, отбирало последние силы.

Руководителям и сотрудникам еду приносила Надежда Павловна, все остальные должны были получать свои тарелки на кухне и уносить на пластмассовом подносе. Руководителям – Уайли и Назару Захаровичу – всегда подавали в дальнюю комнату, прочие же «старшие» вольны были сами решать, где питаться, но если предпочитали устраиваться там же, где участники, то и подносы с едой приносили сами.

– А Ирочка что же не пришла? – спросила Надежда Павловна, накладывая в тарелку нечто под названием «бифштекс с яйцом».

– Худеет, – коротко пояснила Дуня.

– На гарнир что положить, макароны или гречку?

– Давайте гречку. Только без подливки, если можно.

Надежда Павловна внимательно посмотрела на нее.

– Бледная ты какая, Дуся… Не болеешь?

Никто никогда не называл ее Дусей, и слышать такое обращение было непривычно и почему-то неприятно. Но возражать не было сил.