Онлайн книга Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Ждут, когда приеду. Сообщил, что не один, мол, отца нашел, дядек. Так что ждут, знакомить буду."

"– Хорошо. Сын как? Еще не пошел? – спросил батя.

– Первым делом спросил. Нет еще, агукает да на четвереньках ползает. Но быстро летает, в меня пошел.

Шум снаружи усилился. Слышались разговоры, крики, команды, но не рядом с нашей землянкой, а где-то в отдалении. Открыв дверь, я выглянул наружу. Стоявший рядом часовой вытянулся по стойке смирно, с карабином у ноги.

– Самолет с московскими гостями?

– Так точно, товарищ подполковник.

– Угу, хорошо. Боец, когда они направятся к нам, постучи в дверь, предупреди.

– Сделаю, товарищ подполковник.

– Молодец.

Почти сразу, как только мы сели за стол, негромко беседуя (я рассказывал последние новости от своих), раздался быстрый и частый стук в дверь.

Старшина Суворов. Ночной лес примерно в тридцати километрах от уничтоженной электростанции

– Товарищ старшина, – кто-то негромко позвал меня и легонько потряс за плечо.

– Что? – быстро спросил я, подтягивая к себе карабин.

– Подъем, скоро выдвигаемся, – ответил Сергей Пищалев, боец-подрывник из подразделения капитана Вечернего.

За последние двое суток нервотрепки и боев я успел со многими познакомиться. Бойцы были парнями простыми, без заскоков, даже Андрей Филимонов, зам Вечернего, доцент кафедры филологии, оказался вполне нормальным. Говорил без командной дистанции, спокойный и уверенный в себе офицер.

Взял поданную Сергеем открытую банку тушенки и галеты (трофеи с электростанции, мы уходили налегке с небольшим запасом продовольствия, так что НЗ, найденный в казармах охраны, пришелся как нельзя кстати).

Поставив их рядом с лежанкой, я с постаныванием потянулся, почесал затекшую спину и осмотрелся, потирая глаза. Конечно, нужно было бы умыться – к гигиене я относился строго – но наш временный лагерь не имел близкой воды. Мало того, мы даже ночевали не в лесу, а в овраге, открытом со всех сторон. Предположение, что нас будут искать именно в лесах, подтвердилось.

В лагере все было в порядке. Возле носилок с ранеными возился фельдшер, как раз сейчас одному из тяжелых он помогал освободиться от излишков в организме. Дело житейское, но я отвернулся, чтобы не смущать бойца. Лагерь просыпался, кто молча завтракал, кто делал зарядку, кто осматривал оружие. Полковник Суворов что-то обсуждал с капитанами.

Отстегнув трофейную флягу, я потряс ею у уха.