Онлайн книга Из разводас любовью

Наблюдая за тем, как он проверяет, закрыто ли окно, работает ли батарея, можно ли подкрутить термостат, хотела крикнуть: «Это не от холода, идиот!». Но промолчала. Зубы отбивали чечетку, а голос дрожал, и если начать ругаться, то непременно сорвусь на крик и зареву. Идиот тут не он, Яна, совсем не он.

- Почти с самого начала, - ответил Игнатов, не глядя в мою сторону.

- Зачем?

- Чтобы спасти репутацию Мельницы, очевидно, что…

- Нет, зачем ты делал вид, что продолжаешь работать вместе со мной?

- А ты разве не поняла? – Удивился он.

- И как? Уберег?

Трагедия на глазах разворачивалась в самый пошлый водевиль. Нет, хуже того, в цирк! И на арене выступали дрессировщик и клоунесса, вот только зрители сбежали прямо перед началом шоу. Я закрыла лицо руками и постаралась досчитать до десяти, но сбилась на семерке. К черту техники по успокоению, они работают так же хреново, как таймер для варки яиц, купленный на китайском сайте.

- Неужели нельзя было сказать, что ты хочешь встретиться со мной? Просто поговорить. По человечески, понимаешь? Или на взрослые поступки у тебя тоже никогда не хватает времени?"

"- О, кто бы говорил про взрослость, Яна! Ты купила фирму! Нулевую пустышку, от которой есть только офис и контракт с Серпантином. И то и другое, - он выразительно обвел взглядом белые стены и хмыкнул: - не стоит того, чтобы тратить свое время.

- Ну, это уж не тебе решать, - злость пришла на место растерянности. Он не должен так говорить о моей фирме, в которую я вложила все силы и все деньги. Я не позволю. – У меня все хорошо, а когда выйдет фильм, то станет еще лучше.

- Мы говорим об одном и том же фильме, Яна?

- Я знала, что тебе не понравилось! Ты с самого начала показал, что тебе ничего не нравится, но молчал до последнего. Зачем? Зачем, Виталик?! Ах, может потому что ни твоя работа и ни твоя репутация не зависели от этих съемок, и ты предпочел не напрягаться? Ты ведь обо всем договорился первым и себя прикрыл.

- То есть такого ты обо мне мнения? – в его почерневших глазах пылала ярость. Игнатов расстегнул пуговицу рубашки, будто узкий ворот душил его и открыл окно. Но, вспомнив что-то, уже через секунду снова захлопнул узкую створку. Ну, конечно же. Ведь он до сих пор думает, что мне холодно. Какая галантность, и как жаль, что сейчас она на хрен не упала.