Онлайн книга Измена. Мой непрощённый (СИ)

И смотрит с таким же отчаянием, как и в тот раз…

— Это был не кошмар, — качает она головой, — Ты звал её, звал. Ты шептал её имя.

— Да мало ли, что я шептал! — возражаю вполне обоснованно, — Я был в стельку! Ты разве не помнишь?

— Вот именно, — кривится Снежа, — То, что у трезвого на языке, то у пьяного на уме!

Я усмехаюсь:

— Вообще-то, наоборот, — решаю исправить её, но делаю только хуже.

Снежана, осмыслив ремарку, вздыхает. Слезам уже тесно внутри её глаз, и они ручейками сочатся наружу.

— Лапуль, ну, что ты придумала? — пробую взять её за руку.

Но Снежана упрямо твердит:

— Это было! Я слышала!

— Ну, было, и что? Я с таким же успехом мог позвать кого угодно. Хоть королеву Англии. И ты бы стала меня ревновать и к ней тоже?

Обиженный профиль дрожит. Она рядом, но где-то совсем далеко. Можно обнять её, снова присвоить себе. Но что-то мешает! Какая-то фраза висит между нами безмолвным пятном.

— Что тебе снилось? — пытает она, — Расскажи!"

"— Я не помню, — вздыхаю. Это правда! Ведь всё, что я помню — это как лёг на кровать.

— Тебе снился эротический сон, — произносит Снежана.

Вместо ответа смеюсь. В последний раз мне являлись подобные сны ещё в юности. Жаркие образы, сцены горячего секса. Главной персоной которых и впрямь была… Настя! Но тогда это было вполне объяснимо. Я добивался её и не знал, чем закончится эта борьба. А теперь…

Я её потерял! Возможно, поэтому тело и разум скучают по прежним, семейным ночам.

— Ты обвиняешь меня в том, чего я даже не помню, — обращаюсь к Снежане, — Ты хоть понимаешь, как абсурдно звучит?

Она поджимает губу. Подбородок дрожит:

— Вот именно! Ты был в подсознательном состоянии!

— В бессознательном, — поправляю. Веду языком по губе. Я и вправду явился домой в бессознанке! И стыд за вчерашнее держит в узде.

— В подсознательном! — настойчиво требует Снежа.

— Хорошо, как скажешь, — поднимаю ладони. Соглашаюсь со всем.

— Это имя у тебя в подсознании, — объясняет она.

— Логично, — киваю. Я бы и рад его больше не помнить, но никак не могу.

Вскинув брови, Снежана кивает:

— Вот видишь, — произносит с таким сожалением, как будто я только что рассказал ей какую-то страшную вещь про себя самого.

— Мы прожили вместе очень долго! У нас двое детей. Конечно, её имя в моём подсознании. Также, как имена Давида и Дины.

— Но ты не их называл, а её! — упирается Снежа.

— Я не помню, Снежан! — заверяю в ответном порыве.