Онлайн книга Королевская кровь 6

Поймала строгий взгляд Игоря, улыбнулась ему безмятежно.

- Вас, капитан,и с десятью уведут, - уверенно сообщил Χиль, выруливая на площадь перед замком. – Детей мы любим, не думайте. Берман ребенка никогда не обидит, что человеческого, что нашего. А что в тягости – так сразу понятно, что плодовитая, значит, и дальше нарожаете.

- Буду настороже, – пообещала Люджина серьезно. Снова повернулась к окну – они въезжали под огромные, уже отремонтированные ворота замка в скале.

На входе в теплый внутренний двор замка, где обитала Полина, несли караул и берманские, и рудложские гвардейцы.

- Королева спит, - сообщил один из них почтительно. Свенсен что-то спросил, завязался разговор,и Люджина не стала ждать мужчин. Если медведица спит, значит можно пройти дальше. И она сделала с десяток шагов, наслаждаясь теплом и зеленой травой под ногами, ступила в тень деревьев. И замерла, увидев за большим прудом мохнатую королеву, развалившуюся на полянке. Она не спала. Увидела гостью, приподнялась, утробно заворчала - и потрусила к ней.

Северянка осталась на месте. Бежать – провоцировать нападение. Но кулаки сами собой сжались,и сонное оцепенение, преследующее ее уже месяц, ушло, как и не было его. Оглянулась – во двор вышел его величество Демьян. Пожал Игорю руку, что-то спросил, окинул взглядом двор – и коротко, низко, на пределе слуха зарычал. От звука этого по коже прошел мороз – но медведица, несущаяся к Люджине, замедлилась, обиженно тявкнула – и все-таки подошла.

Капитан выдохнула – страх мгновенно отступил. Не зверь это, а принцесса заколдованная, теперь это четко видно. В их северных лесах водились медведи, и повадки у них были совершенно другие.

- Вы помните меня? - спросила северянка тихо.

Медведица не реагировала – она все так же увлеченно терлась лбом o ее живот. Затем лизнула прямо сквозь ткань – раз, другой.

Позади раздались шаги. Люджина обернулась – и Поля выглянула из-за нее и насупленно устaвилась на подошедших. Король Демьян снова что-то рыкнул - и медведица подошла и к нему, боднула лбом в бедро.

Его величество слабо, с тщательно скрываемой нежностью и тоской, улыбнулся.