Онлайн книга Мадам будет в красном

– Ну, и кто это сделал? Может быть, эта самая Олимпиада? – Зубов был мрачен, проклятое дело уже сидело у него в печенках.

– Технически могла, – согласился Лавров. – Вот только остается вопрос, зачем?

– Зачем… В том разговоре Ермолаев заявил о своей любви к машинам и скорости и смерть свою связывал со скоростью. Именно это с ним и произошло. То есть он, конечно, не умер, но только чудом, да и вообще еще ничего не ясно. Получается, тот, кто перерезал шланги, воплотил в жизнь пожелание третьего человека, которые присутствовали в тот вечер в галерее.

– Но Олимпиады при том разговоре не было, – напомнил Лавров.

– Не было. Но была неуловимая Ева. Тут вариантов, знаешь ли, два. Либо она на самом деле никуда не уехала и прячется от сестер где-то в городе. Либо до того, как действительно уехать, она рассказала о разговоре, свидетелем которого стала, кому-то еще.

– Кому? А главное – зачем?

– Да той же Олимпиаде, – буркнул Зубов, которому доктор Бердникова отчаянно не нравилась. – Помнишь, Егор рассказывал, как вскоре после того вечера встретил Еву в больнице. И они с сестрой сильно ссорились, а потом, когда Ева уходила, она была расстроена чем-то. Вот тогда и могла рассказать.

– Могла, – согласился Лавров. – Но с тем же успехом в список подозреваемых нужно включать и всех остальных, кто был свидетелем разговора. Жену Бабурского, Елену Кондратьеву, журналистку из «Курьера», Романову, кажется.

На скулах Зубова заходили желваки. Мысль о причастности Анны к преступлению казалась невозможной, но он был достаточно профессионалом для того, чтобы не сбрасывать ее со счетов. Личные пристрастия в их работе не могли ничего объяснить и ни от ничего избавить. В глазах Лаврова он читал жалость, и это было совсем невыносимо.

– Понимаю, не маленький, – буркнул он. – И если она в чем-то виновата, то я это приму, ты не думай, Серега.

– Ладно, проехали. – Лавров хлопнул товарища по плечу и оседлал стул, показывая, что готов слушать. – Ты мне лучше расскажи, что тебе вчера еще Олимпиада рассказала. Про семейство Бердниковых.

После того как мать выбросилась вместе с ней из окна, трехлетняя Ева Бердникова провела в больнице три месяца. Однако и за такой недолгий срок отношение сестер друг к другу коренным образом изменилось.