Онлайн книга Мой генерал

Федор перехватил ее, посадил, прижал к себе, лицом к плечу. Она вся дрожала, и он вдруг обрадовался силе ее эмоций.

Пусть дрожит, черт побери, если она дрожит из-за него!..

Хорошо, что они встретились. Могли бы ведь и промахнуться – запросто.

– Это страшно, конечно, – сказал он и потрогал губами мочку ее уха. – Я сегодня от страха чуть не умер. Ты меня… выручила. Хорош бы я был, если бы…

– Если бы что? – вдруг спросила она с интересом.

Надо было продолжать, а продолжать было стыдно.

– Если бы я ничего не смог. От страха, – выговорил он с усилием. Марина подняла голову и недоверчиво посмотрела на него. – В восемнадцать лет все казалось проще.

– Видел бы ты меня в восемнадцать лет, – пожаловалась она. – У меня сороковой размер обуви, и я носила папины сандалии и была выше всех.

Он улыбнулся, представив ее в мужских сандалиях и «выше всех».

Они помолчали.

– Мама всегда говорила, чтобы я береглась. Что мужчины – это очень опасно.

– Женщины тоже опасно, – откликнулся он.

– Я не умею ни с кем объединяться.

– Я тоже.

– Ты был женат.

– Был. Давно.

– Какое это имеет значение, давно или недавно!

– Огромное.

– Почему?

– Потому что в молодости все по-другому. В молодости я был умнее всех и точно знал, что умнее.

– Никогда я не думала, что умнее всех.

– Тебе повезло.

– Я не гожусь для тебя.

– Это можно проверить только опытным путем, – сказал Федор Тучков и улыбнулся ей в волосы. – Вдруг, наоборот, годишься?

Он хотел сказать ей что-нибудь о том, что ни с кем и никогда ему не было так, как с ней, – наврать «для красивости» и еще для того, чтобы было похоже на бразильский или мексиканский сериал, а потом не стал.

У них или получится – сейчас и вместе, – или не получится, и тогда вряд ли уж получится – когда-нибудь и не вместе.

Просто так вышло. Карта так легла, как говорили у них на работе.

Карта легла так, что только от Марины он хотел бы услышать, что их сын похож на него, а все остальное – так ли, как с другими, лучше ли, хуже – не имеет значения.

Оказалось, что это очень страшно.

Они сидели, обнявшись, и он стал медленно покачиваться из стороны в сторону, потому что ему вдруг захотелось обращаться с ней, как с маленькой.