Онлайн книга Назад в СССР 3

Один из “ассистентов” брезгливо убрал куртку с подмоченной репутацией подальше от исследуемых объектов. Ее заменили резервной ветровкой, что пожертвовал нам кто-то не столь именитый, из дежурки.

Пошла вторая собака. Ее вел молодой кинолог. И видно было, что пес ему достался совсем недавно. Не так давно был лопоухим щенком. Собака нетерпеливо тянула поводок, успевая нарезать круги возле провожатого, обнюхивая каждую травинку и каждый интересный камушек.

Приблизившись к нам, псинка обгавкала нас для порядка, но, не найдя поощрения со стороны кинолога, быстро потеряла к нам всякий интерес.

"Я дал занюхать толстовку. Пес с любопытством поводил по ней носом, после чего деловито побежал по своим делам. Но рывок поводка заставил его двигаться в нужном нам направлении — к разложенным на земле вещам.

— Ищи! — скомандовал молодой сотрудник, нахмурившись так, будто отправлялся на самое важное задание в его жизни.

Но песик деловито проскакал мимо вещей, не удостоив их своим вниманием. И снова рывок поводка заставил его вернуться в круг из шмоток.

— Убирайте его! — махнул я кинологу. — Следующего будем пробовать!

Парень вздохнул с облегчением, что больше не надо позориться на людях, и поспешил утащить питомца в сторону вольера.

— Черт! — Горохов закурил.

Он предусмотрительно сделал несколько шагов назад, чтобы дымом не “сорить” и нюх собачкам не сбивать, и оказался у меня за спиной:

— Ничего не выходит… Все зря, получается?

— Терпение, Никита Егорович, — успокоил его я. — Собаки для таких дел не надрессированы, это для них в новинку. И потом, вы же видите, нам почему-то подсунули не самых покладистых барбосов. Им вообще пофиг на кинологов – то есть, простите, безразлично.

— Какой хозяин, такой и пес, — буркнул Горохов.

— Согласен. Посмотрим, как дальше дело пойдет. Уверен, найдутся здесь хорошие ищейки и поймут, что нам от них надо.

Я махнул рукой, и пошел третий пес. Уже не молодой, с седой мордой. Его не интересовали ни камушки, ни новые люди, что столпились впереди. Он многое повидал в этой жизни и теперь хотел от нее лишь хорошей кормежки и теплого вольера.