Онлайн книга Поиграйте с Женечкой

И только потом…

«Дай мне время, девочка моя… Дай мне немного времени!»

На что?

Я пытаюсь растопить его без слов, заигрывая и иногда просто откровенно заласкивая. Он делает вид, что реагирует, но меня не обманешь — эмоций нет. Он целенаправленно блокируется от меня, оставаясь внимательным и вежливым.

Мне невкусно…

Но он просит подождать!

И я жду."

"Я голодаю, не получая от него привычных эмоций, но брать что-то аналогичное у кого-то другого я не хочу. Хотя он аккуратно озвучил мне пару раз, что я не должна ограничивать себя в удовольствиях и брать то, что мне хочется.

Как же!

Это было приправлено такой дозой молчаливой эмоциональной жести, что этот якорь засел у меня глубоко в животе. Попробуй взять…

Единственное что нас еще спасало, это секс f3128a. Наверное, именно поэтому мы словно сошли с ума и через день срываемся то ко мне, то к нему. Блокироваться в этом я не позволяла, вытрахивая его уши провокационными фантазиями и, не задумываясь, срывая его отстраненность любой приходящей мне в голову жестью — пощечины работали отлично! Я учусь пытать его, через боль и контроль удовольствий, не позволяя получить никакой разрядки, пока он не сорвется на эмоции и не накормит меня своей страстью.

После этого он ненадолго расслабляется и пару раз даже засыпал рядом со мной, не дождавшись пока я вырублюсь первой. Я не касалась его — мне хотелось, чтобы он спал, потому что я догадываюсь по появившимся темным кругам под его глазами, что без меня он не спит совсем. Но утром я всегда просыпалась одна…

Наши оргазмы вышли на какой-то новый уровень и тесно сплелись с ментальными переживаниями и болевыми ощущениями.

Иногда его эмоции абсолютно несъедобны для меня, и следом за ним я загибаюсь от боли.

Меня до сих пор трясет от иногда обрушивающихся на меня воспоминаний, как во время последней нашей близости мы немного потеряли тормоза и я, желая чувствовать его, влепила ему пощечину, отбив себе ладонь и разбивая в кровь его губы. Испугавшись, я рванула к нему на шею, прижимаясь своими губами к его разбитым и желая забрать это себе.

Перевернув меня и впечатав в кровать, он исступленно шептал мне, как безумно любит меня, теряя голос и не давая мне вырваться. Мне хотелось кричать, но он закрыл мой рот ладонью, не позволяя никак останавливать его.

Как это остановилось я не помню… Я помню, что у меня была истерика. И я надеюсь, меня просто отключило.

Мы до сих пор не можем переварить с ним ЭТО.