Онлайн книга Предать нельзя Любить (СИ)

"

"Обычно я отказываюсь от приглашений составить компанию гостям, но неукротимое отчаяние несёт меня всё дальше. Дерзко улыбаюсь и знакомлюсь с приятным молодым человеком, представившимся Ильёй. Выслушиваю море комплиментов, отпиваю предложенное шампанское и демонстративно диктую номер телефона.

А потом голову кружит и внутри всё взрывается. Наверное, это происходит в тот момент, когда жаропонижающее перестаёт действовать. На танцполе тесно, но я со своим новым воздыхателем, танцую под тягуче медленную композицию.

Илья рассказывает мне на ухо что-то из своей жизни, а я пытаюсь улавливать реальность слепящими вспышками и непременно кивать, растягивая улыбку.

Пару раз ловлю на себе арктический светло-синий взгляд и отмахиваюсь от него, словно от надоедливой мухи. Нет. Не мухи. Это насекомое мне не очень противно. От омерзительного паука, которого хочется прихлопнуть.

– Развлекаешься, малыш? – спрашивает Арсений, скрипя зубами, когда я шатающейся походкой направляюсь в одну из уборных.

Оглядываюсь на него с напускным равнодушием и продолжаю шагать по коридору. Спину словно газовой горелкой подогревают, но, вполне возможно, это от зашкаливающей температуры, которая стремится побить все предновогодние рекорды.

Я хочу домой.

Под тёплое пуховое одеяло.

А наутро просто мечтаю никогда не вспоминать Арсения Долинского.

Дедушка Мороз, будь так добр, подари мне амнезию. Я почти весь год была славной девочкой.

– Стой, – слышу строгий голос, стреляющий в голову.

– Пошёл ты, – шиплю под нос.

Пусть идёт и указывает своей перогидрольной. Если он думает, что я с ним буду дальше контактировать как ни в чём не бывало… В общем, пусть засунет своё раздутое самомнение куда подальше.

Практически затворяю дверь, когда Долинский протискивается следом за мной.

Отталкиваю широкие плечи, но он не сдвигается ни на шаг. Бесцеременно переставляет меня и сдвигает щеколду.

— Здесь занято. Выйдите.

— Специально изводишь меня этими танцами? — спрашивает, опасно подступая.

Его так много для тесного помещения. Я сильная, но не настолько ведь.

Пялюсь на него как на пустое место и резко отворачиваюсь к зеркалу, пытаясь в него не смотреться. Включаю холодную воду и смачиваю трясущиеся руки.

Брр.

По телу словно разряд проносится. Мурашки, смешанные с лихорадкой и отвращением.

– Что молчишь?

Оборачиваюсь.

– Вы ещё здесь? – скучающе осматриваю воротник бирюзовой рубашки, граничащий с загорелой кожей.