Онлайн книга Русалка в академии

Мне кажется, ваши родители дают вам слишком много свободы при воспитании. Впрочем, сильный характер делает женщину куда более интересной и, если мужчина завоюет ее сердце, он получит не нежный оранжерейный цветок, а верного соратника, — он вздохнул, будто припомнив что-то, а потом протянул мне перевязанный зеленой шелковой лентой свиток.

— Что это? — насторожилась я и перешла на магическое зрение, прежде чем касаться предмета. На нем виднелись следы магии, что меня напрягало.

— Читайте, — предложил Халиф, спокойно откинувшись на троне.

Какого-то ожидания или предвкушения в его эмоциях не было, поэтому я рискнула и аккуратно развернула свиток. В нем был текст на двух языках: имперском и, очевидно, халифатском, поэтому, пропустив непонятное, я вчиталась в знакомые символы. Свобода передвижений, защита от любых претензий, обязательство Халифа выплатить любой ущерб, нанесенный мною, с запретом пытаться надеть на меня магический ошейник, принуждать к браку и так далее. Все, о чем я просила, и даже больше.

— Обычно такая защита дается членам семьи Халифа и самым высокопоставленным членам правительства, так что можете собою гордиться, — усмехнулся правитель.

— А гарем? — тупо уточнила я.

— А вам хочется стать моей наложницей? — его черная бровь, слегка оттененная сединой, насмешливо выгнулась.

— Не-ет... — пролепетала тупо.

Он позвонил в какой-то звоночек.

Из-за малозаметной двери по соседству немедленно явился секретарь, и я сообразила, что, вероятно, он слышал весь наш разговор. Мужчина поклонился, и я заметила на его шее ошейник.

— Ваш секретарь — раб? — меня чуть передернуло.

— Добровольный, — кивнул Халиф. — В условиях его контракта только неразглашение секретов Халифата и верность. Это оберегает и его самого и его близких от давления — его нельзя ни подкупить, ни заставить что-то сделать шантажом. Пока секретари не имели обязательств, их приходилось слишком часто менять, года не проходило, а этот уже лет десять нормально служит.

— Подкупали? Убивали? — уточнила я.

— Все бывало. Кто дольше задерживался, тех частенько приходилось казнить — это часто означало, что они уже не на меня работают.

Я промолчала. Все это казалось мне дикостью, но с другой стороны, я ведь тоже использовала клятвы, чтобы обезопасить себя и свои тайны. Может, даже и хуже.