Онлайн книга Русалка в академии

— Вы неисправимы, Арина, — с полуулыбкой покачал головой Ярис. — Вы не можете не привлекать к себе все время внимание и жить спокойно. Зачем же вы взяли на себя обязательства? Вы могли спокойно работать над своим проектом еще несколько лет и объявить, что хотите его продемонстрировать, когда он уже будет готов. Никто бы вас не торопил, никто бы и слова не сказал.

Я только пожала плечами. Ну, черт за язык дернул, что сказать.

Дома же я окинула взглядом планы, которые предстояло срочно реализовывать, и ужаснулась. Действительно, черт меня дернул.

— К вам гостья, — с поклоном сообщил Бэрас, оторвав меня от размышлений.

— Проводи в гостиную, — кивнула я, чуть растерянно.

Голова была занята другим, и я совсем не предполагала, кто может к нам явиться.

В гостиную зашла высокая худая дама лет пятидесяти в идеально сидящем дорогом платье и с хорошо наложенным аккуратным макияжем. Она вышла в центр комнаты, будто на сцену, высоко подняв подбородок и задрав весьма выдающийся нос с горбинкой, после чего театрально бросила, будто обращалась к залу со зрителями:

— Оставьте в покое моего сына!

Глава 80

— Оставьте в покое моего сына! — воскликнула патетично незнакомая высокая худощавая дама лет пятидесяти, картинно взмахнув руками и встав ровно посреди гостиной.

Я почувствовала себя очень глупо, потому что понятия не имела, о ком она:

— А вы, простите, кто? — проблеяла растерянно."

"— А вам много мужчин предлагают свою руку и сердце?! — она воззрилась на меня с неподдельным ужасом.

В голове закрутились шестеренки, но пока все равно было ничего не понятно.

— О, Стихии, мой добрый мальчик влюбился в роковую девицу, вскружившую голову многим! Мне плохо! — она картинно упала в кресло в притворном обмороке, приложив запястье к голове.

— Бэрас, принеси воды пожалуйста, — бросила я в сторону коридора.

Я заметила, что в дверях из кухни стоит бледная Барби с Ариком на руках. Малыш с любопытством крутит головой, косясь на странную тетю.

Бэрас послушно принес стакан воды, помог гостье устроиться поудобнее, подоткнув подушки, и напиться. Она очень достоверно играла умирающего лебедя, но при этом не забывала стрелять глазами из-под полуопущенных ресниц.

— Все равно я никогда не одобрю ваш брак! — наконец, вернулась к основной роли дама, устроившись на кресле, словно на королевском троне.

— Да я, вроде, замуж-то и не собираюсь, — призналась я, наконец.