Онлайн книга Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

– Выпусти сейчас же! – заорала она и замахнулась кулачком в сторону моих рёбер, но в последний момент сжалилась и заехала мне по плечу. – Я разобью окно, если не выпустишь!

Я схватил её за руку и притянул к себе на колени. Эм брыкалась, оставляла отпечатки обуви на приборной панели и сиденьях. Чуть не выбила стекло. Лотнер и так не любил давать свою тачку, а за испорченные дизайнерские чехлы, сшитые на заказ, он точно меня прикончит.

– Всё, тише, – зашептал я ей в ухо, силой удерживая на месте. – Ты не так всё поняла.

– Отвали! – Эм продолжала отбиваться похлеще моих противников на ринге. – Не хочу тебя видеть!

– Белль – это Мейсон! – громко и чётко произнёс я, чтобы уже задавить эту необоснованную истерику.

Эмили замерла и, повернув ко мне голову, с сомнением заглянула в глаза.

– Что ты несёшь?

– Это правда, – кивнул я. – Я просто привык к этому прозвищу и не придаю значения, где и при ком его произношу.

– Но… на интервью… – она пыталась сложить пазлы.

– Ты сама решила, что это девушка, я просто подыграл.

– Ты такой… Ты… – Она не могла подобрать слов, и я решил помочь.

– Весёлый?

– Ты придурок, Максвелл Уайт! Самый настоящий придурок!

– Оу, какие обидные ругательства знает мой цветочек, – зарывшись носом в её волосы, ухмыльнулся я.

– Ты просто не представляешь, что я себе надумала! – продолжала возмущаться Эм.

– Турецкий гарем?

– Вроде того. А почему Белль?

Любопытство победило. Впрочем, как и всегда.

– «Красавица и чудовище» – любимый мультик Лотнера. В детстве, когда мы впервые посмотрели его, Мейс прослезился, и я в шутку назвал его Белль.

– Эта так… мило.

– Я сказал бы – символично. Белль спасала чудовище. У нас в дружбе также. Мейс сдерживает моего внутреннего монстра.

И как безобидная шутка успела перерасти в явку с повинной? Я ни с кем и никогда не обсуждал подобного.

Эм заинтересованно склонила голову набок.

– Что ты имеешь ввиду?

Положив руку ей на колено, я провёл выше, ловя приятный глубокий вдох.

– Я тяжело справляюсь с агрессией.

– Я заметила это, – смущённо пробормотала она. – Но все мы неидеальны. И те, кому самоконтроль даётся легко, совсем не круче тех, кто идёт к нему годами. Ценно то, что заработано с трудом.

Пока я обдумывал очередные философские мысли, цветочек по-хозяйски запустила ладонь в мои отросшие на затылке волосы и, словно играясь, пыталась накрутить короткую прядь себе на палец.