Онлайн книга Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

Где-то глубоко внутри ёкнуло, но я больше не собиралась слушать глупую мышцу, пляшущую под дудку оборзевшего чемпиона. Они явно спелись, а я, вечно пребывая в неведении, накручивала себя догадками и явно являлась третьей лишней в этом волшебном дуэте.

– У тебя есть минута.

Дыхание Уайта коснулось моих губ, жарко сплясало и растворилось без остатка вместе с теплом его тела. Он больше не трогал меня, не касался, и вдоль позвоночника пробежал колючий холодок дурного предчувствия.

Максвелл открыл заднюю дверь машины.

– Очень некрасивый ход, Эм. Но он ничего не меняет. Садись в тачку. Я приеду сразу, как только смогу.

Он не воспринял мои слова всерьёз, или ему настолько было чихать?

– Хватит так себя вести! – не шелохнувшись, я до полного онемения пальцев сжала руки в кулаки. – Ты понимаешь, что мне плохо?

В тёмных глазах блеснуло что-то больное. Оно вспыхнуло и тут же погасло в беспросветной мгле. Как мираж.

– Сядь. В машину. – Ледяной голос пробрался под одежду, выстудил кожу.

– Максвелл…

– Ты всё равно в неё сядешь.

– О! – тут же взбрыкнула я. – За сутки появились принципы? Или у меня проблемы со зрением, раз прошлой ночью мне не удалось их разглядеть?

Непроницаемая маска треснула, а раскатанная по губам ухмылка стала походить на небрежно наклеенную.

– Вспоминаешь? Приятно знать.

– Ты…

– У меня заканчивается терпение, Эм. Не хочешь делать, как я говорю, подумай о подруге. – Максвелл кивнул в сторону клюющей носом Стеф. – Не находишь, что ей стоит прилечь?

Меня охватил стыд.

То ли обида взяла верх, то ли просто я не могла оставить последнее слово не за собой, но фраза, в которую я вложила всю свою злость, боль и отчаяние, прозвучала разрывающе громко и на долгие три секунды заставила умереть собственное сердце.

– Ты сделал свой выбор, Максвелл Уайт. Я больше не хочу тебя видеть. Никогда!

Глава 19.

Эмили.

– Как ты себя чувствуешь? – Я приложила к разбитой губе Стеф ватный диск, смоченный антисептиком.

Подруга зашипела, и я глупо подула ей прямо в лицо.

– Фу! – скривившись, отстранилась она. – Почему от тебя так воняет?

– Я пила и курила. И в машине закончилась жвачка, прости.

– Кажется, ночь была дерьмовой не только у меня, – вздохнула она и приложила ладонь ко лбу. – Голова кружится.

– Кэти приедет утром и поставит тебе капельницу. Сейчас у неё операция.