Онлайн книга Старая дева

Просила Авдотья Луку подправить дверь или мне она соврала, или Луке было не до того, но дверь все так же не закрывалась, и я, подходя, уже решила, что Степанида воспользовалась моментом и сбежала. Но нет, она лежала в кровати, раздетая, в одной рубахе, и когда я вошла, попыталась приподняться, но я ее остановила.

— Лежи. Говорить-то ты можешь. Язык твой бесстыжий, — с порога начала я.

— В чем я провинилась, барышня? — плаксиво спросила Степанида. — Вона, Авдотья даже платье отобрала. Разве дело? Муж мой там, а я здесь…

— Ты почему сказала доктору, что я тебя бью? — перебила я.

— Я?.. — Степанида приподнялась, причем без особых трудностей. Притворяется, дрянь, может, доктор и прав и плети не помешают? — Да как же, барышня, кормилица, да я же ни слова плохого не сказала! Да за что?

Лжет или нет?.. Была бы я наивной и глупой, сказала бы как отрезала: нет, говорит чистую правду. Но я давно растеряла иллюзии насчет человеческой натуры, и широко раскрытые глаза, губки буквой «о», задрожавшие и побелевшие, испуг на лице, удивление и обида убедить меня в игре не могли.

— Выходит, доктор соврал, — с усмешкой покивала я. — Ну что же, раз он по своей воле меня оговорил, надо к судье ехать. Собирайся.

Степанида села, вцепилась в драный плед, видимо, бывший барский, заменявший ей сейчас одеяло. Ослушаться моего приказа напрямую она не могла, но потянуть время — запросто.

— Что смотришь? Пусть судья разбирается, ты ему сказала такое или доктор сам на меня поклеп возвел.

Степанида молча заплакала. Я наблюдала за ней, и в сердце у меня не екало ничего похожего на жалость. Змеиный клубок в шоу-бизнесе? Добро пожаловать на реалити-шоу «Помещица», никакого сценария, самые невероятные события и люди, чье поведение не предсказать ни одному человеку нашего времени. Приз победителю — десять тысяч грошей.

— Отпустили бы вы меня, барышня, — опять завела свое Степанида. — Я хоть перед отцом Петром чем хотите поклянусь — не возводила поклепа.

Мне и самой не очень-то выгодно было выносить эту сплетню на суд. Я сомневалась, что судья не придет к шикарному выводу — что это не оговор вовсе, а правда, и не присудит мне неподъемный штраф. Возможно, доказательство здесь тем весомее, чем больше народу его твердит. Так рисковать я не собиралась.

— Не ты. А кто тогда?

— Знать не знаю, барышня. Спрашивал господин доктор, про то врать не стану. Только я не сказала ему ничего.