Онлайн книга Сын маминои подруги (СИ)

От халата пахло чем-то мужским — гелем для душа, наверное, или парфюмом.

Запретив себе праздновать труса, Ульяна собралась с силами и повернула голову в сторону Захара. Лучше бы она этого не делала!

Именно в этот момент Захар, который уже стоял на ногах, небрежным движением стянул презерватив и ловко бросил его в стоящее в углу мусорное ведро. И так продолжил разговор по телефону в полной наготе.

— Да. Конечно, встретил. Напоил, накормил, приголубил. Да не, я ж как гостеприимный хозяин. Вы как, Настасья Капитоновна? Вот и хорошо.

Захар закончил разговор и, наклонившись, положил телефон на стол, им же самим не так давно отодвинутый к стене. Ульяна вспомнила, как Захар легко, словно пушинку, смел в сторону этот наверняка тяжелый стол. А теперь она смотрела, как очертилась косая пресса, когда Захар нагнулся.

Какое же у него тело шикарное. Причем, Ульяна была уверена, что это не заслуга спортивного зала. Парни, которые оттачивают свое тело на тренажерах, выглядят не так.

Глава 3

Что все эти мышцы, мощь и рельеф не для красоты, а для какого-то полезного дела.

Между тем объект ее наблюдений еще раз нагнулся, сверкнув острой косой пресса, выудил из вороха вещей красно-белые полосатые трусы, невозмутимо натянул на себя и повернулся к Ульяне.

— Твоя бабушка звонила. У нее все закончилось. Я за ней сейчас поеду. Можешь тут остаться или поехать со мной. Как тебе удобнее.

Уля выдала себе мысленный подзатыльник, запретив думать о том, как ее язык скользит по этой косой пресса. Она же в трезвый разум вернулась. Разум, гадина, ты трезвый или нет?!

Если она останется тут одна, пока Захар будет ездить за Настасьей Капитоновной — Ульяна себя просто съест. В этом она была уверена."

"А так… А так она будет чем-то занята. И, может быть, попробует выставить новые границы с Захаром. Что он о ней после всего произошедшего думает — об этой Ульяне даже представлять было страшно.

И потом — где-то в глубине души ей было любопытно, как Захар себя поведет теперь. Возможно, демонстративно утратит интерес и будет молчать. От мысли об этом стало внезапно больно.

— Я с тобой поеду, если ты не возражаешь, — Ульяна уперлась ладонью в пол, чтобы помочь себе встать.

И тут же была поднята как пушинка, за два локтя Захаром. Он, подняв ее, тут же разжал руки и отступил. Еще раз кольнула боль.